— В Кувейте, — с расстановкой ответил Брэд. — И это совсем не грошовое дело, приятель. Оно такое же верное, как самый обеспеченный банковский заем.

— Что ты говоришь?

— Вот именно. И когда шутишь, не забывай, что я запросто могу побороть тебя одной рукой…

— Что-что? Да ты еще ни разу в жизни не поборол меня.

— Попробуем?

— С удовольствием. Вот только сниму пиджак и тогда…

— Черт возьми, что вы тут затеяли? Дети вы, что ли?

Все трое обернулись, услышав голос Энтони, входящего в комнату. Он посмотрел на каждого из них и, бросив на стол кожаную папку, двинулся прямо к буфету.

— Ну как, — спросила Джессика, — все в порядке?

Брат кивнул, наливая себе кофе.

Неправда, подумал Брэд. Черты лица Энтони, и без того строгие и твердые, сейчас казались высеченными из гранита.

Он подождал, пока брат сделает первый глоток, и спросил:

— Итак, о чем говорил Хопкинс?

— О неприятностях.

— Что ты имеешь в виду? Что за неприятности?

Энтони взял со стола папку.

— Серьезные неприятности, — сказал он и, вытащив две пачки документов, протянул своим братьям.

Джессика, слегка помедлив, повернулась и отошла к окну.

Некоторое время единственным звуком в комнате был шелест бумаги. Наконец Брэд поднял глаза, между бровями у него пролегла складка.

— Что это за чепуха? — спросил он.

— Это только кажется чепухой. Отец купил маленькую нефтяную компанию в Оклахома-Сити…

— Ты хочешь сказать, что купил на свою голову? — Брэд ткнул пальцем в бумаги, которые держал в руках. — Она что, обанкротилась?

Джоди покачал головой.

— О чем ты говоришь? Эти бумаги не имеют ничего общего с нефтью. Здесь речь идет о какой-то голливудской компании по производству киносъемочной аппаратуры под названием «Дебют». И она на грани краха, как я полагаю.

— У вас у каждого разные отчеты, составленные Хопкинсом, но суть в них одна. Отец купил обе эти компании незадолго перед тем, как заболел, и они оказались без присмотра.

Брэд слегка присвистнул.

— Если «Найт ойл» разорится, это будет серьезный удар для всего нашего дела.

— То же самое и с «Дебютом», — мрачно добавил Джоди. — Нам повезет, если мы получим хотя бы один цент за доллар.

Выражение лица Энтони подтверждало это.

— По-видимому, отец купил их, чтобы помочь их владельцам. А вместо этого мы, кажется, помогли им увязнуть еще глубже.

— Что означает это «мы»? — недовольно спросил Брэд.

— Ты что, забыл, что со вчерашнего дня «Джонсон энтерпрайзис» — это мы, все трое. И так будет, пока мы не найдем покупателя.

Брэд вздохнул.

— Да… а если эти несмышленыши разорятся, у нас будет такая дыра в балансовой ведомости, что за нашу компанию и гроша ломаного не дадут. — Он взглянул на старшего брата. — Ладно, скажи Хопкинсу, что…

— Хопкинс ушел на пенсию с сегодняшнего утра. — Энтони улыбнулся, взглянув на озадаченные лица братьев. — Он сказал, что слишком стар, чтобы продолжать работать. Кажется, он купил себе дом где-то в Калифорнии и собирается провести остаток своих дней на взморье.

— Хорошо, тогда я позвоню Финчу. Хопкинс не единственный, кто может…

— Финч и так уже занят по горло.

Брэд бросил отчет «Найт ойл» на стол.

— Это ужасно. Что же нам делать?

— О господи! — вскричала Джессика. Трое мужчин обернулись к ней. — Что с вами случилось, ребята? Вы что, такие слабаки?

— Лисенок, — мягко сказал Брэд. — Я знаю, что ты всей душой болеешь за нас, но ты же ни черта не смыслишь в бизнесе и…

— И десятилетний ребенок разобрался бы тут! — Она требовательно посмотрела на Джоди. — Ты же финансовый гений, ловкач, голова. Тебе достаточно просто смотаться в Голливуд, бросить взгляд в бухгалтерские книги этого «Дебюта», чтобы решить, что можно сделать, чтобы им помочь.

— Я? Не глупи. Меня давно уже ждут в Берлине. У меня нет времени. Я просто не могу…

— А ты, — продолжала она, обращаясь к Брэду, — ты же знаешь все о нефти. — Джессика удивленно подняла брови. — Неужели ты не разберешься с этими делами в Оклахома-Сити?

— Об этом и речи быть не может! У меня важное дело в Париже. Я не могу…

— Она права, — резко вмешался Энтони. — Вы, ребята, могли бы управиться с этими делами скорее, чем любой другой.