Червяк на крючке, заброс... И всё: пускай весь мир подождёт!..

Поплавок не успел успокоиться на водной глади, как его повело в сторону. Подсечка... Первый окушок заплавал в в моём ведёрке.

Не скажу, что был жор, но клевало вполне исправно: плотвички, окуни, подлещики, пара карасей... Весом, в основном, от пятидесяти до двухсот граммов. Немало, правда, попадалось и 'окуньков-гренадёров', размером с мизинец, но для ухи они - самое то.

Через пару часиков надёргал уже килограмма три и собирался закругляться: на ушицу всем моим гаврикам хватит. Но оторваться непросто. Зарёкся: последняя рыбка, и всё!

Разумеется, клёв тут же прекратился. Пять минут - поплавок не шелохнулся, десять - то же. Вытащил удочку, проверил червя - на месте. Что за зараза!

Всё: последний заброс!

Три минуты никакого движения, и тут дрогнуло... Потянуло в сторону и, когда я уже был готов подсекать, красный стержень снова замер на воде. Секунд через пять слегка притопило, но на этом всё и закончилось. В общем, подводный садист издевался надо мной таким образом минуты две. И я, кажется, понял, с кем имею дело.

'Маска', а я тебя, кажется, знаю! Почти наверняка мнёт губами червя золотистый тихоня...

– Ваше благородие!
– послышался справа голос Тихона.

'Убью гада!' - немедленно отреагировала на крик моя 'животная' составляющая.

Чёрт! Ну ведь в такие моменты даже змея не кусает! Кому там опять понадобился капитан Демидов для спасения России-матушки? Три минуты нельзя было подождать?!

– Ваше благородие, Вадим Фёдорович, - Тихон уже подбежал почти вплотную, - его сиятельство граф Сиверс вас к себе требуют.

Поплавок опять повело в сторону и, на этот раз, кажется, всерьёз. Я дёрнул ореховой палкой и почувствовал на том конце лески серьёзную тяжесть.

– Срочно?

– Очень даже.

– Сейчас. Попробую эту рыбину вытащить, и идём.

А надо было не только дотащить добычу до берега, но и выволочь её на сушу. С полкило будет, а то и больше... Надо поискать пологое место, где бы пойманный линь (а я уже не сомневался в том, кого зацепил) смог бы проскользить боком из озера на берег.

И действительно: показалась тёмно-коричневая тушка рыбины, которая сопротивлялась вяло, но мощно.

А катушки у меня на удилище нет, даже возможности потянуть за леску рукой...

Пришлось вытягивать уже достаточно сильно возмущающуюся рыбину 'ногами', то есть отходя назад по берегу. Вот уже почти...

Тихон спокойно зашёл в озеро по щиколотку и безошибочным движением цапнул линя двумя пальцами за жабры. Поднял из воды и бросил на берег.

Граммов этак на семьсот рыбёшка - вряд ли можно считать сей экземпляр трофейным. Но это 'там'. А сейчас я считал, что поймал самую главную рыбу в своей жизни - на такую-то снасть...

– На уху она не очень, - Тихон судил сугубо прагматически, - но вместе со всем остальным - пойдёт.

А я налюбоваться не мог на красноглазого красавца с золотой чешуёй.

Уж сколько я бил из ружья ему подобных под водой, но это для подводного охотника линь одна из самых легко добываемых рыб, а вот на удочку чтобы... Лично у меня имелись единичные случаи. А чтоб на просто 'палку с леской' - вообще запредел...

– Граф сам приезжал?
– спросил я, когда слуга пристраивал трофей в компанию к остальной себежской ихтиофауне.

– Ни боже мой - адъютант его сиятельства были, - Тихон подхватил ведро.
– Просили немедленно по возвращении прибыть к полковнику.

– Ясненько. Пошли.

Понятно, что о цели моего срочного вызова офицер нижним чинам не докладывал...

Ёксель-моксель!
– Так ведь и я по прибытии не доложился непосредственному начальнику. Слишком буквально воспринял указание начальника штаба отдыхать. Ох, и намнёт мне холку Сиверс! И правильно, кстати, сделает - форменное свинство с моей стороны не рассказать о похождениях отряда графу сразу по прибытии. Про субординацию уже вообще не говорю...

Всё-таки шпак я натуральный - не хватило мне ни двух лет срочной в своём времени, ни полутора в этом, чтобы настоящим военным стать...

Придя к себе быстренько сполоснулся, переоделся и отправился 'на ковёр'.

Зря беспокоился: Егор Каролович встретил весьма приветливо:

– Здравствуйте, Вадим Фёдорович! Уже наслышан о ваших подвигах, надеюсь позже услышать подробности...

Я, разумеется, перебивать начальство не стал, а только молча поклонился.