— Да? — удивленно смотрит на меня Рома. — Простите, я не знал. Вы можете приступать когда вам будет угодно.

— Значит, завтра. — резко поднимаюсь я с кресла, словно там сотни тысяч ножей, направленных острием вверх. Я больше не могу сидеть так близко от лица Ромы, боюсь разреветься. Но я не мог позволить себя такую слабость. — Мы выезжаем завтра. Что насчет вас, Роман Константинович? — он тоже поднимается с сидения.

— Я буду на месте съемок к вечеру.

— Отлично.

— Надеюсь, наше сотрудничество будет продуктивным, — протягивает мне руку Рома. Я жму ее в ответ и быстро отвожу назад. Она дрожит.

— Не сомневаюсь в этом, Роман Константинович. Всего доброго.

— Всего… — но Рома стоит и не торопится уходить. Он смотрит на меня, будто изучая, словно экспонат музея.

— Что-то не так? — едва справляюсь я со своим дрожащем голосом.

— Не знаю. Просто, всегда, когда вы рядом со мной, у меня возникает дежавю. Мне кажется, что мы с вами встречались раньше. Еще задолго до того, как нас представили друг другу на приеме.

— Этого не могло быть. — быстро выпаливаю я. Килен кашляет и смотрит на меня, показывая глазами успокоиться. Я понимаю, что он прав и уже более ровным голосом продолжаю:

— Вы ошибаетесь. Мы не могли встречаться с вами раньше. Просто потому, что меня не было в стране.

— Да, вы правы. И это меня беспокоит все больше и больше. Я знаю, что та, кого я вижу в вас, давно мертва, но она, словно, не хочет меня отпускать. Простите, кажется я наговорил вам лишнего. К чему вам мои проблемы! — Рома быстрым шагом покидает кабинет. На секунду, он оборачивается у двери и смотрит на меня. Потом, он встряхивает головой, словно прогоняя непрошеные мысли и сомнения, и исчезает в дверном проеме.

Я опускаюсь на колени, прямо на пол. Килен подбегает ко мне со страхом на лице, который искажает его неимоверно.

— Что с тобой, Лер?! — обнимает он меня за плечи. — Все будет хорошо! Не переживай, мы справимся. Я же с тобой! Я не дам тебя в обиду! — укачивает он меня. Нам все равно, что кто-то может войти в кабинет. Нам, абсолютно, все равно. По моем лицу крупными ручьями сбегают вниз соленые слезы. Мне плохо. Очень плохо.

— Хорошо, разгружайтесь. Да! Сейчас буду! — слышу я голос своего помощника, который назначен мне руководством фирмы, Виталия.

Загорелый и подтянутый брюнет яро расправляется с разнорабочими, которые таскают из угла в угол необходимые для съемок декорации.

Я стою у машины и гляжу вновь на то, что я когда-то думала, что оставила навсегда… Я снова здесь! Мне до жути знакомы эти места, эта природа, эти горы. Кажется, что я слышу шум горной реки, чьи волны бьются о лезвия камней.

Мне становится не по себе, но я беру себя в руки. Я приехала сюда, чтобы напомнить о себе. И я так и сделаю.

— Лера, — подходит ко мне сзади Килен. Он нагружен сверху до низу вещами: своими и моими. — ты что?

— Ничего, — качаю я в ответ головой. — Просто, навеяло.

— Ясно. Пойдем. Виталий сказал, что нам отдали вон тот дом, — указывает он на первый из шести деревянных домиков, что окружают основной комплекс курорта. — Пошли быстрее, я хочу спать. В дороге меня так трясло, что сон не шел! — хмурится Киря.

— Ладно, пойдем. Только, мне нужно проследить за подготовкой к съемкам, а ты иди отдыхай.

— Ладно, — скисает Килен.

— Ну что опять? — поддеваю я его. Он нехотя дергает плечами и шмыгает своим носом:

— Ничего. Просто не хочу оставлять тебя надолго без присмотра.

— Что со мной может случиться?! — удивляюсь я его словам.

— Ты приехала туда, откуда сбежала пару лет назад, выбрав смерть. С тобой здесь может случиться что угодно.

Я застываю на месте. В моем сознании всплывает картина с обрывом, шумом воды и лицом Шахрукха, что перекошено от ярости и безысходности. Он же где-то здесь рядом, по близости! Меня медленно, но верно охватывает паника.

Стоп! Но я же сейчас не та! На мне парик и очки здорово меняют мое лицо! Я Варвара, а не Валерия!

— Со мной все будет замечательно! — беру я себя в руки. — И, вот, что, — останавливаю я Кирю. Он оборачивается и пристально смотрит на меня. — не зови меня больше Лерой. Зови Варей. По крайней мере, пока.

— Как знаешь, — бросает мне Килен и быстрым шагом идет к дому.

Как знаешь… Знать бы еще, что знаешь правильно.

Я иду к Виталию, что стоит, упершись руками в бока, и орет двум парням, что вытаскивают какое-то стекло: