Я рассказал ему, что тесно работал в КРО на выборах 1995 года с молодым ученым-экономистом Сергеем Глазьевым и мог бы вместе с ним сформировать политический блок, способный не просто получить массовую поддержку избирателей, но и достойно представлять их интересы и взгляды в Государственной Думе.

«Я симпатизирую Глазьеву и уже обсуждал с ним возможность запуска социал-демократического проекта. На смену коммунистам рано или поздно должна прийти серьезная и современно мыслящая левая партия. Да и для страны это будет хорошо», — заключил президент наш разговор.

По возвращении домой я позвонил Глазьеву и передал ему содержание этой беседы. Особого энтузиазма я в нем не почувствовал. Наверное, Сергей рассчитывал исключительно на свои силы и грезил созданием некой «широкой народно-патриотической коалиции» под своим водительством. Многие организации из числа т. н. «кандидатов» в «широкую коалицию» я не знал и вообще сомневался в их реальном существовании. Коллекционировать нули было неинтересно и бесполезно. Я, безусловно, благодарен им всем за поддержку, которую они в итоге оказали, но, положа руку на сердце, — это была поддержка скорее частных лиц, чем организаций. Идти по пути втирания очков избирателю и уверений в том, что у нас «широкая коалиция», мне представлялось делом нечестным, да и провальным.

Я предложил Сергею подобрать две-три малоизвестные партии для формального учреждения блока, ввести в него известных и авторитетных в стране людей, которые являлись нашими единомышленниками, написать предвыборную программу из разумных предложений, с которыми эти люди в разное время выступали, и — вперед!

Взяв лист бумаги, мы набросали примерный список известных и уважаемых в патриотическом движении людей, кого было бы желательно пригласить в избирательный список нового блока. Генерал армии, Герой Советского Союза Валентин Варенников, легендарный советский разведчик, генерал-лейтенант Николай Леонов, знаменитый ведущий православной передачи и издатель одноименного журнала «Русский дом» Александр Крутов, доктор исторических наук, публицист Наталия Нарочницкая, бывший глава Центробанка Виктор Геращенко, доктор политических наук Андрей Савельев, депутат Госдумы Александр Чуев, бывший министр обороны Игорь Родионов, бывший командующий ВДВ генерал-полковник Георгий Шпак, первый заместитель председателя профсоюза работников угольной промышленности Рубен Бадалов, ректор Санкт-Петербургского военномеханического университета, доктор технических наук Юрий Савельев, автор телепередачи журналистских расследований «Наша версия: Под грифом СЕКРЕТНО» Михаил Маркелов, многие, многие другие… Мы заполняли одну клеточку за другой и понимали, что участвуем в формировании «команды всех звезд» русского патриотического движения.

Основой блока была избрана «Партия российских регионов». Глазьев являлся одним из ее сопредседателей. Помимо него в руководство этой организации входили Юрий Скоков, Олег Денисов, Шамиль Султанов, Олег Кутафин — мои прежние коллеги по избирательному объединению «Конгресс русских общин».

Глазьев представил мне своего делового партнера, талантливого ученого и бизнесмена Александра Бабакова, а также Марата Гельмана, которого Скоков привлекал к подготовке агитационной кампании КРО на думских выборах 1995 года. Позже этот самый галерист Гельман, специалист по «интеллектуальным провокациям», как он сам себя называет, прославился организацией скандальных выставок и богоборческих выходок. Кроме того, имея связи среди либералов, и затусовавшись в пул кремлевских политтехнологов, или, как их называют журналисты, — «жмейкеров», Гельман получал подряды на организацию избирательных кампаний и пиара политиков. Он «засветился» в ельцинском штабе на президентских выборах 1996 года, делал шоу-кампанию движению «Новая сила» Сергея Кириенко, вел несколько избирательных кампаний, в том числе тому же Кириенко по выборам московского мэра и СПС — на думских выборах в 1999 году. Естественно, от присутствия в нашей компании такого персонажа меня, мягко говоря, слегка покоробило, и я объявил Глазьеву, что с Гельманом работать не буду. Сергей, подумав, согласился.

В начале сентября нам обоим позвонил Сергей Бабурин. Мы не видели его четыре года — с тех пор, как в 1999 году он с треском проиграл думские выборы. Несмотря на наши прошлые разногласия, вызванные бабуринской фанаберией, я считал, что новый блок должен быть общим для всех патриотов, и рекомендовал Глазьеву взять его в «команду». Вместе с ним в блок пришли Николай Павлов, Сергей Глотов, Анатолий Трешневиков и другие опытные парламентарии.

Сложным оказалось определиться с названием нашего объединения. Остановились на имени «Родина». По просьбе Глазьева добавили к нему словосочетание — «народно-патриотический союз». Мы договорились, что я возглавлю избирательную кампанию, а Сергей — сам избирательный список.

13 сентября список кандидатов в депутаты от блока «Родина (народно-патриотический союз)» был утвержден на съездах блокообразующих партий. А на следующий день в гостинице «Золотое кольцо» в присутствии журналистов собралась учредительная конференция самого блока.

Глазьев выступил первым. Как полагается лидеру списка, он представил развернутую программу нашего избирательного объединения, разработанную при участии лучших ученых-экономистов Академии наук России. Это, безусловно, был очень содержательный документ, однако участники блока были с ним знакомы, а для журналистов он показался не очень занимательным, и скоро они потянулись к выходу. Я же решил выступить в контрасте с его суховатым докладом. Я понимал, что времени крайне мало, мы вынуждены стартовать с нулевого рейтинга, и даже с очень низкой узнаваемостью. А это требовало от нас здорового эпатажа. В своем выступлении я заметил, что важнейшей задачей блока «Родина» является не допустить реставрации власти образца 90-х годов с ее либерально-воровской приватизацией, развалом экономики и распродажей национальных интересов России. В сознании граждан это все устойчиво ассоциируется с лицами Чубайса, его друга и подельника Коха, вылинявшего плейбоя Немцова и прочих «героев» ельцинских реформ. А закончил я выступление стишком из нашумевшего русского боевика «Брат-2»:

Поскольку все участники конференции фильм знали и помнили его финал, то зал взорвался дружными аплодисментами, а журналисты сделали вывод, что предстоящие выборы благодаря «Родине» скучными не будут. Так оно и получилось. «Родина», буквально, ворвалась в выборы.

Стартом нашей кампании стало появление на экранах ролика, в котором мы с Глазьевым за кружкой пива беседуем о вреде олигархов. «Ох, Дим, не люблю я этих олигархов!» — восклицает в кадре Глазьев. «Серега, не нравится — не ешь!» — отвечаю я ему.

На следующий день на заседании нашего штаба университетская подруга Глазьева гневно обрушилась на меня: «Как вы смели предложить такой ролик к показу! Общество трезвенников возмущено вашим поведением!» — «Передайте трезвенникам, что пиво было безалкогольное. Правда, Сергей Юрьевич?» — отпарировал я. Все посмотрели на Глазьева, на лице которого еще оставались следы изнурительной съемки.