– Ну что, я молодец? – проводив гостей до двери и вернувшись на кухню, спрашивает Вадим. – Нормальных мужиков к тебе привёл?

– Да, неплохих, – соглашается она. – Возможно, с ними что-то получится. Шансы по крайней мере есть. У меня тут, кстати, перед вами ещё один перспективный товарищ побывал.

– На тебя мужики как мухи на мёд летят, – присасываясь липкими губами к её шее, говорит он. – Ещё бы… такая сладкая. Тут не устоишь.

– Он жениться на мне хочет, – отстраняясь от Вадима, сообщает она. – Фу, обслюнявил меня всю.

– Ну и кто он такой? Олигарх? – Собрав разбросанные по столу рекламные листки, Вадим выбрасывает их в мусорное ведро. – Богатый папик нам бы сейчас пригодился. Нужно новую рекламную кампанию начинать, а денежек нет.

– Нет, не олигарх. – Она насыпает в кофейник новую порцию молотого кофе и, долив воды, ставит на огонь. – Медицинский работник. Главный врач портовой поликлиники.

– А что ты? – продолжает допытываться он. – Выйдешь за него?

– Не знаю, – пожимает она плечами. – Не решила пока ещё.

Она разливает кофе по чашкам. Себе берёт маленькую, а для него вынимает из моечной машины большую.

Он идёт к холодильнику и достаёт сливки. Не для себя – для неё. Сам обычно пьёт кофе безо всего – и очень горячий. А она любит тёплый, с сахаром, сливками и корицей.

Они хорошо уже изучили друг друга и могли бы, наверное, оформить отношения и проживать совместно на одной площади. Вместе спать и проводить время на кухне за готовкой и разговорами.

Но ей почему-то кажется, что всего этого недостаточно, чтобы называться семьёй. Чего-то им не хватает, и она пытается и не может пока понять – чего.

– Ты иди, Вадим, – устало говорит она. – Сегодня был тяжёлый день. Я жутко вымоталась и валюсь с ног. Сейчас рухну в кровать и встану завтра, наверное, часов в двенадцать. А ты мне позвонишь. Хорошо?

– Ты обиделась на меня, что я деньги проиграл? – заглядывая ей в лицо, спрашивает он. – Но это вышло случайно, и, если бы не игра, я бы не познакомился с тузами. А они, как мне кажется, здорово смогут нам подсобить.

– Я не обижаюсь, – подталкивая его к выходу, говорит она. – Я правда очень устала. Перенесём все разговоры и выяснения отношений на завтра. Договорились?

Ярко освещённые окна своей квартиры Солодов увидел ещё от перекрёстка. Подъезжая к дому, подумал с опозданием, что, может быть, в самом деле стоило бы, как ему советовала умная женщина, заскочить по дороге в супермаркет. Взять шампанского, устриц каких-нибудь и устроить своей бабе праздник. Она бы всё ему простила – гулянки и враньё.

Но он сразу же отбросил эту мысль. Пьяная, она обязательно потащит его в постель. Он должен будет дышать ароматами дурнопахнущего тела и прикасаться к морщинистой коже. После тех чудесных мгновений, которые подарила ему та роскошная женщина… Нет, это выше его сил.

Скользя по покрытым льдом лужам, подрулил к подъезду.

Жена вышла на балкон и, стоя на холодном ветру, смотрела, как он разворачивается и ставит машину.

Чёрная тень качалась на розовой занавеске, закрывавшей окно. А он в очередной раз отметил, что его супруга поразительно похожа на сову. И по образу жизни, и внешне.

– Я так волновалась за тебя. – Открыв дверь, она кинулась к нему на грудь. – По радио передали, что в порту взорвались газовые баллоны. Сначала один, а потом другой. В тот самый момент, когда приехала комиссия. Сказали, что похоже на теракт. Я звоню-звоню, а телефон не отвечает. С тобой всё нормально?

– Да, всё путём. – Он отпихнул её от себя, и она чуть было не упала, но вовремя схватилась за костыль. – Баллоны эти дурацкие взорвались ещё вчера – пострадали двое сварщиков. А ночью нас вызвали просто так, на всякий случай, – начальство подстраховалось. Обычный синдром коллективного страха.

– Ты всё-таки не отключай в следующий раз телефон, – попросила она.

– А я и не отключал. – Он похлопал себя по карманам. – Чёрт, снова куда-то засунул, наверное в машине оставил. Совсем голова дырявая стала.

– Есть будешь? – Тяжело опираясь на костыли, она двинулась в сторону кухни. – Я подогрею котлеты.

– Ничего не хочу, – отказался он. – Я устал, и у меня нет аппетита.

– Нельзя так относиться к своему здоровью. – Не слушая его возражений, она дохромала до кухни и стала накрывать на стол. – На себя уже стал непохож – кости через кожу просвечивают.

– Ты не понимаешь. – Он достал из холодильника бутылку и, налив в стакан водки, посмотрел на жену через хрусталь, как через увеличительное стекло. Расплывшись, её лицо стало ещё уродливее. – Это ведь всё на нервах – теракты, взрывы. Даже простая небрежность может привести к гибели людей. Кто-то должен за это ответить, и начальство занято только одним – найти козлов отпущения.