– А с мачехой как они уживаются?

– Зачем это вам, ведь Вероники Игоревны здесь нет?

– Понимаете, Артём Константинович, характер человека определяет его поведение. А я должен хорошо представлять, как может повести себя девочка в той или иной ситуации. Чтобы не было ненужных проблем.

– Не волнуйтесь, с Алиной Владимировной у вас проблем не возникнет.

– Но, всё же… Вы не ответили на мой вопрос. Как девочка ладит с новой женой господина Гриценко?

– Нормально.

– Вы знаете, Артём Константинович, я не эксперт, чтобы разбираться в оттенках вашего «нормально». Что это значит? Они чувствуют симпатию друг к другу? Или поддерживают видимость хороших отношений, втайне ненавидя друг друга? Или, вообще, избегают частых контактов и делают вид, что другой не существует?

– Трудно сказать, - неуверенно произнёс Соломин, - но симпатии они не испытывают, это точно.

Они спустились по ступеням к площадке в тот момент, когда перед ними затормозил, припадая к земле округлыми боками, тёмно-синий «Мерседес». С переднего сидения выскочил крепкий, короткостриженный парень в деловом костюме, распахнул заднюю дверку и застыл, склонив голову, пока оттуда выбирался моложавый мужчина лет тридцати с небольшим. Он выпрямился, поправляя на себе костюм, увидел Соломина и Рачека, блеснул белозубой улыбкой и направился к ним, помахивая толстой кожаной папкой.

– Стало быть, это наш новый «секьюрити»? – спросил он, ни к кому конкретно не обращаясь.

Рачек молча кивнул, без особого смущения разглядывая новоприбывшего.

– Это Рачек, Вадим Петрович, из «Ягуара», - представил его Соломин.

– Дмитрий Александрович, - снова блеснул улыбкой мужчина, но руки не подал. – Будем надеяться, теперь наша Алина Владимировна в полной безопасности.

Рачек с тоской смотрел на парня, стоявшего у «Мерседеса».

– Я так понимаю, это ваш охранник, Дмитрий Александрович? – вместо ответа спросил он.

– Вот, сразу чувствуется профессионал. Что значит цепкий взгляд сыщика. Навскидку определяет, кто есть кто, - с иронией в голосе заметил мужчина. Улыбчивая маска не сходила с его лица, но взгляд, устремлённый на Рачека, был холодным и настороженным.

– В следующий раз, Дмитрий Александрович, пусть он так же первым выходит из машины, но вы уж открывайте свою дверку сами.

– Почему?

– Иначе, пока он будет разыгрывать из себя швейцара, убьют и вас, и его.

Тень пробежала по лицу мужчины, искривив улыбку.

– Ну, это вы сгущаете краски, уважаемый Вадим… э-э…

– Петрович.

– Да. Так что вы, Вадим Петрович, занимайтесь Алиной, а мы с Ромой уже как-нибудь отобьёмся. Правда, Рома? – бросил Дмитрий Александрович через плечо.

И, ни на кого больше не глядя, он проследовал в дом.

– Кто это был? – спросил Рачек.

Соломин кивнул парню и, глядя на закрывающиеся двери, медленно ответил:

– Ворохов, Дмитрий Александрович. Личный секретарь Владимира Фёдоровича, а в настоящее время его заместитель.

– Он живёт в доме?

– Иногда.

– Что значит иногда?

– У него есть своя квартира в городе, но, время от времени, он остаётся у Владимира Фёдоровича. Во время его отсутствия он живёт здесь постоянно.

– Так, - Рачек мысленно поставил ещё одну птичку.

Между тем они обогнули дом и остановились у белого фургона, который уже заканчивали разгружать молодой мужчина в белом халате, подручный дяди Миши, и двое мужчин в ковбойках с налитыми по-бычьи шеями.

Рачек вежливо поинтересовался их документами, внимательно изучил, затем попросил разрешения осмотреть фургон и минут пять придирчиво осматривал его изнутри и снаружи.

– Всё чисто, - наконец сообщил он Соломину.

Тот ничего другого и не ожидал, поэтому скептически посмотрел на Рачека и спросил:

– Слесаря будем искать, если он ещё не ушёл?

На что Рачек ответил, что да, непременно и, желательно, побыстрее, пока тот действительно не ушёл.

– В котором часу девочка возвращается домой? – спросил он Соломина, когда они шли к бассейну.

– В начале третьего.

Рачек не любил слишком свободного обращения со временем. «Начала третьего» для него не существовало, это было неконкретным, а потому безполезным и даже вредным. Но, он не стал ничего говорить Соломину, тот уже достаточно наслушался от него для первого раза.

К бассейну они успели как раз вовремя. Слесарь, черноволосый, похожий на кавказца парень, лет двадцати восьми, в мятых засаленных джинсах и клетчатой рубашке, только закончил прогон системы и собирал инструмент в старый потёртый чемоданчик с коричневыми нашлёпками по углам.

– Здравствуйте, - поздоровался с ним Рачек.

– День добрый, - ответил парень. – Где этот, который у вас по хозяйству?

– Марк Антонович? – уточнил Соломин. – Где-то здесь. Сейчас он подойдёт.

– У вас проверяли документы на входе? – упрямо спросил Рачек, придавая лицу деревянное выражение.