Ну что, подобрали кандидатур на председателя?

— Мы предлагали, Илий Рахимович, председателем Галай. Она 40 лет была педагогом. Преподавала математику в школе.

— Галай не подойдет. Моя жена с ней работал. Она плохой человек. А Вы не хотите? — вдруг обратился Рахимов к Бущановой.

— Если Вы не против, я согласна.

29 января 1974 года состоялось собрание "двадцатки". В присутствии Рахимова Бущанова была избрана единогласно. Еще решительнее избрали Брыкина. В 1963 году тот же Рахимов вызвал старосту Ананьева и человек семь из "двадцатки" в свой кабинет:

— Я тебя снимаю. И чтоб ты мне больше на глаза не попадал! Он будет старостой, — указал Рахимов на Брыкина.

И стал Брыкин старостой до самой смерти. В 1961 году в Минводах представитель горисполкома собрал духовенство и "двадцатку". Представителя сопровождали какие-то неизвестные люди. Указав на них, представитель власти сказал: "Выберите их в исполорган. Завтра занесете протокол". По рассказам москвичей, в Москве не стесняются действовать так же решительно, если община инертна. Правда, бывают осечки.

В 1961 году ташкентский уполномоченный проталкивал в старосты Кафедрального собора некоего Яхтмана. Но "двадцатка" Кафедрального собора категорически отказалась от Яхтмана. Сегодня можно открыть секрет этой стойкости. О. Борис Холчев сказал нескольким заслуживающим доверия лицам из духовенства и "двадцатки": "Ни в коем случае нельзя соглашаться на Яхтмана". Зато в Лидии Николаевне Кругловой Кривошеев нашел подходящую старосту. Он заявил, что Круглова будет старостой до смерти. И действительно, несмотря на дряхлость, вопрос о ее перевыборах не ставился.

Примером осечки может служить и снятие Бущановой в 1974 году. Вызвал Рахимов к себе в кабинет действующий исполорган и заявил:

— Ви снят. Уже других вибрали. Сдавайте дела.

— Кто нас снял? За что? Когда? Почему нас не пригласили?

— Чего споришь? Сказано: сдавай дела! Гляди вот, регистрация у нас! — Тихонов важно достал из кармана бумажку. Там черным по белому было сказано, что Шапоренко, Тихонов и другие зарегистрированы в качестве исполоргана и ревкомиссии уполномоченным Рахимовым 20 сентября 1974 года. При живом и действующем исполоргане безо всякого собрания Рахимов выдал новую регистрацию, кому захотел.

Какие же мотивы выдвигаются для снятия выборных органов? Иногда самые фантастические.

а) Объявление выборов "недействительными".

В 1970 году Рахимов велел составить дополнительный список учредителей на четырех человек: Любенко, Чувычкину, Фролову, Бущанову. Список составили, приложили к договору с горсоветом и указанных лиц избрали в исполорган и ревкомиссию. Рахимов выдал этим лицам регистрационную справку (см. выше текст). На основании этой справки Любенко, Чувычкина, Бущанова и Фролова исполняли свои обязанности четыре года. В 1974 году Рахимов вдруг заявил, что выборы всех четырех считает недействительными на том основании, что в момент избрания они не подписывали договор с горисполкомом. В январе 1974 года избрали в члены исполоргана и ревкомиссии Галай и Никифорову. Причем Рахимов принял от них заявления о вступлении в "двадцатку". В мае 1974 года Рахимов заявил, что избрание Галай и Никифоровой следует считать недействительным, так как они не подписывали договор.

б) Аннулирование протокола выборов.

Вот текст письма горисполкома за подписью Абдуназаровой. Не будем уделять внимание юридической и орфографической безграмотности этого документа. Вникнем в суть.

в) И, наконец, можно просто отнять регистрацию.

Разумеется, Рахимовское хамство возможно только при гарантированной безнаказанности. Община хорошо знает фактическую власть над ней уполномоченного: "Сильнее кошки зверя нет". Так исполнительный орган общины перерождается в исполнительный орган уполномоченного: "Либо делай, что велят, либо — пошел вон!"

В предыдущей главе мы говорили о ветхой днями и безграмотной "двадцатке". Такой состав делает в каждом приходе больным вопрос о кандидатах в члены исполоргана и ревизионной комиссии. Выбор не широк. Если уполномоченный настаивает, чтобы выбирали только из членов "двадцатки", то 20 : 6 — по три кандидата на каждую должность. Самое трудное — избрать председателя исполоргана — единственную платную должность. Его образовательный ценз — уметь расписываться. Главное качество: хозяйский глаз, любовь к своему приходу, способность принимать решения. Большинство от этой должности отказывается. Одни получают пенсию. Даже маленькая пенсия в 60 руб. пропадает. Со вступления в должность собес платит только 15 руб. Председательский оклад не более ста руб. С него удерживается налог по 19 ст. — 25 руб. в месяц. Итого 75 руб. + 15 руб. = 90 руб. или всего 30 руб. + куча неприятностей и забот. А если пенсия большая, выгоднее работать даром.