— Хм, нет. — Джин откашлялась.

— Она считает его даром небес. Вихрь любви, выходные в Тоскании, бриллиантовое кольцо в бокале шампанского «Дон Периньон» на берегу Сены — держу пари, это будет свадьба десятилетия! — Фоби глубоко вздохнула и задумалась о том, сколько времени прошло с тех пор, как она влюбилась. Год. Но то главное несчастье, о котором она избегала говорить, случилось не так давно. Если бы она могла так просто обо всем забыть, как это делала Саския... Но красивой Саскии и без того всегда везло — она получала настоящих мужчин, в то время как Фоби приходилось отбиваться от их друзей-зануд.

— ...Ты меня слышишь? Фредди?

— Да? — Она вернулась от невеселых мыслей к разговору. Громко вздохнув, Фоби снова повернулась к шкафу с документами. — Джин, извини. Тебе нужны мои размеры? Саския рассказывала в последнем письме о своем свадебном платье. Я думаю, ей стоит еще раз обдумать цвет. Сочетание фиолетового и оранжевого цветов вряд ли можно назвать удачным. Конечно, я понимаю, что семидесятые снова в моде, но...

— Фредди! — Джин преувеличенно громко засмеялась. — Ты совсем не изменилась!

— Ты так думаешь?

Закончив разговор с секретарем, Трев быстро приближался. Его галстук под тройным подбородком съехал набок.

— Слушай, Фредди, — в голосе Джин вдруг появилась настойчивость, — что ты делаешь на этих выходных?

— Флисс и Стэн устраивают барбекю, — пробормотала она, пытаясь не обращать внимания на Трева. Он уже догадался, что это личный звонок.

— Может, ты приедешь к нам в Беркшир? — Джин почти умоляла. — Саския здесь.

— Она с вами? — Фоби в удивлении резко подняла голову.

— Да. — Джин снова откашлялась, как будто боялась, что их подслушают.

— Но я...

— Фоби! Зайди на минуту ко мне в офис, если у тебя появится время.

Фоби похолодела, заметив, что Трев держал в руках список ее звонков и что-то еще, подозрительно напоминающее ее договор о приеме на работу.

— Конечно, я приеду, — торопливо проговорила она в трубку. — Имей в виду, я даже могу злоупотребить твоим гостеприимством.

_____

— Что ты сказала? — Флисс резко повернулась, и с ее вытянутой руки на рваный ковер закапала жидкая глина. Фоби с виноватым выражением лица слонялась по квартире, которую они снимали на двоих.

— Меня выгнали с работы.

— Уже? — Флисс провела рукой по лбу, оставляя красно-коричневые полосы, цвет которых сочетался с выбившимися из-под платка локонами. — Проклятье! Я поспорила со Стэном, что ты продержишься месяц.

— Очень великодушно с твоей стороны. На сколько?

— На десять фунтов. Стэн оказался прав. Он давал две недели. — Флисс приподняла бровь, наблюдая за действиями Фоби. — Сегодня придет счет за электричество. Выигрыш мне бы пригодился.

— Прекрасно. — Фоби опустилась на диван и подтянула колени к подбородку. — А если я притворюсь, что все еще работаю?

— Ничего не выйдет. Он знает одного из твоих коллег, уже бывших. — Флисс вернулась к работе над скульптурой, и на ее лице, усеянном веснушками, появилось задумчивое выражение. — Стэн предлагает познакомить тебя с кем-нибудь на барбекю. Нам кажется, тебе нужен отличный парень, чтобы помочь преодолеть воспоминания о Корпусе. Стэн думает, ты все еще влюблена в него до безумия...

— Что на этот раз случилось у тебя в ателье? — Фоби быстро перебила ее, затем притворно улыбнулась, чтобы скрыть свое замешательство. — Сколько раз я тебе говорила, работай дома.

— Нет воды. — Флисс пожала плечами, внимательно осматривая скульптуру. О конечном результате говорить было рано.

Флисс мечтала стать скульптором, совмещая выбранную профессию с работой официантки и исполняя обязанности секретаря фирмы по организации праздников и торжеств. В качестве мастерской она использовала ателье в Камден Локе. Это было сырое сводчатое помещение, которое она делила с двумя отсидевшими срок сварщиками и художником по имени Стэн Мак-Джиливрей. В настоящее время он занимался замораживанием собственной спермы, чтобы создать из нее ледяную скульптуру. Сильный акцент Флисс, выдававший в ней уроженку Манчестера, а также ее чрезвычайная прямота нередко многих озадачивали. Глядя на рыжие волнистые волосы, вздернутый нос и веснушки, они считали, что в качестве художника она целыми днями будет изображать цветы. Фоби доставляло огромное удовольствие жить вместе с Флисс. Она могла заменить выключатель, прибить полку и подключить посудомоечную машину. И она постоянно пыталась свести Фоби со своими приятелями.

— Для тебя есть несколько сообщений на автоответчике. — Флисс махнула в сторону испачканного глиной телефона.

Фоби с трудом поднялась с дивана и нажала кнопку.

— Добрый день, говорит Поппи Фредерикс, мать Фоби...

Фоби тихо застонала. Ее мать всегда считала автоответчик чем-то вроде секретаря.

Не слушая сообщения, она повернулась к Флисс:

— Знаешь, я не смогу пойти на барбекю. Меня пригласили старые друзья провести с ними выходные.