— А если экспериментальный образец? — возразил адмирал.

— А какой смысл гонять его по задворкам, когда огромная станция торчит в блокаде? Тем более при атаке на наш линкор жертв среди людей не оказалось. А глядя на Лайлону, в благородство противника верится с трудом. Потому и думаю, что это другие чужаки.

— Что им здесь надо? — вновь отвернувшись к иллюминатору, пробурчал старик.

Приняв слова за вопрос, Алексей пустился по скользкой дорожке гипотез и домыслов. Связанное с недавним боем напряжение детонировало повышенную словоохотливость, и Алексей, вслух поразмышляв на предложенную адмиралом тему, плавно переехал на всё остальное. Редкое желание выговориться возникло именно сейчас, и он, не обращая на молчание старика внимания, нёс всё, что лезло в голову. Проехался по болезненной теме высоких потерь, по недочётам и ошибкам командования.

Словесные потоки прервал раздражённый голос адмирала:

— Ты когда-нибудь замолчишь?

Алексей запнулся на полуслове. Поняв, что наговорил много пустого, отправился на своё место.

— Язык слишком длинный, — услышал брошенные в спину слова. — То ему не верно, это не так. Вот доберёмся до Тиуса, посмотрим, как запоешь, оратор недоделанный.

Дверь в кабину пилотов отскочила в сторону. Молодой сержант вытянулся перед адмиралом.

— Господин адмирал, пришедший за вами эсминец вышел из перехода, до стыковки десять минут.

Чёрная, обманчиво медлительная тень затмила звёзды. Эсминец из-за узкого носа и широкой кормы напоминал вытянутый треугольник. В сравнении с линкором он казался младшим братом, но хищные злые формы не оставляли сомнений в крутом нраве. Идя параллельным курсом, катер плавно приблизился к появившемуся на носу светлому прямоугольнику.

Выйдя спустя сутки из межпространственного перехода, эсминец завис на орбите Тиуса.

Пройдя плотные слои, челнок ворвался в мир холода. Скованные мерзлотой моря и континенты, теряя очертания, погружались в чернильную тьму наступающей ночи. Внизу зажигались россыпи электрических огней, определив границы уцелевших поселений.

Вспомнив инструктаж, Алексей зябко укутался в куртку. Свирепый климат Тиуса мало подходил для человека. Первое время, несмотря на пригодную атмосферу, планету обходили стороной. Всё изменилось с высадкой крупной геологической партии. Недра планеты буквально ломились от ископаемых, представленных в богатом ассортименте.

Статус Тиуса изменился. На поверхности выросли тысячи промышленных комплексов. Вокруг росли города, население которых быстро перевалило за четыреста миллионов. Производство быстро набрало обороты, превратив Тиус в один из промышленных центров Республики.

Предрекая Тиусу роль первостепенной цели в случае военного конфликта, стратеги ошиблись. Планету атаковали почти через год с начала войны. Люди устояли, но заплатили высокую цену.

Планету расстреляли пресловутые диски. На местах попавших под удар городов и заводов зияли многокилометровые проплешины.

С высоты язвы ударов были видны как на ладони, таких язв были сотни. По приказу адмирала сделали круг над крупнейшим на южном полушарии городом. Удар пришёлся в центр. Огромный, идеально ровный круг мрака с ярко освещёнными, уцелевшими окраинами. По периметру круга ползали светляки прожекторов, но и так было ясно — помогать уже некому.

Зрелище оборвало завязавшуюся дискуссию о последствиях атаки. Старшие офицеры эсминца, вошедшие в состав делегации, уткнулись в иллюминаторы.

Оставшееся время полёта протекло в тишине. Сели в доках, на дневной стороне планеты. К верфям противника не подпустили, поэтому встречу с рабочими организовали именно здесь.

Вместе с иглами брошенного ветром в лицо снега в нос ударил запах горящего железа. Откуда-то издалека неслись тяжёлые металлические удары. Несмотря на беду, люди продолжали работать.

Скрипя каблуками, Алексей крутанулся на месте. Вокруг увидел лишь однотипные, многоэтажные цеха, окружавшие посадочную площадку с одиноким катером в центре. Кроме вышедшей из катера делегации, на улице никто не появился.

— Сюда, — перекричав вой ветра, махнул адмирал.

Делегация пересекла площадь и, миновав стеклянный тамбур, окунулась в тепло производственного цеха. Имея представление о заводских проходных ещё со школьных времён, Алексей удивился, увидев столь необычную обстановку. Огромный холл тонул в зелени. Искусственное солнце, сверкая с ярко-синего потолка, манило в уют мягких диванов, окруживших проекцию водопада, низвергавшего с немыслимой высоты синие потоки.

Их ждали. Совершенно лысый, шустрый толстячок, одетый в «цивильный» серый костюм, подскочил к адмиралу. Перекинувшись парой фраз, оба скрылись в боковом проходе. Указаний на их счёт не поступило, и офицеры, потоптавшись на месте, расселись по диванам.

— Зачем мы сюда прилетели? — спросил Алексей у севшего рядом майора.

— В этот день, семьдесят лет назад Эман Тиус грохнулся на эту самую планету. До атаки чужаков планировали митинг в честь открытия, мы почётные гости. Не понимаю, почему адмирал не отменил визит! Наверное, хочет лично выразить соболезнования, — предположил он.