Выйдя из бассейна, Эллис не сразу направилась в дом, а обошла вокруг отеля. Территория, прилегавшая к гостинице, оказалась не очень большой. Перед фасадом был разбит цветник. В это время года в нем цвели розы, бархатцы и желтая космея. Справа и слева от входа в здание росли два огромных дерева — ореховое и фиговое. Эллис вспомнила описание фиговой рощи у Даррелла и слегка пожалела, что она сейчас не на Корфу — острове, в который была заочно влюблена. Но и здесь было так интересно!

За домом располагался фруктовый сад — груши, яблони, гранаты, лимоны, апельсины, все с плодами разной степени зрелости. Раньше Эллис многие из этих фруктов видела только в магазинах. За территорией отеля начиналась большая оливковая плантация, тянувшаяся до предгорий. Ветки олив склонялись под тяжестью урожая.

Вернувшись в номер, Эллис приняла душ, переоделась в легкое безрукавное хлопчатобумажное платье нежного кремового цвета и такого же цвета матерчатые в дырочку летние туфли без каблуков. Фред тоже экипировался, надев джинсы, кроссовки и майку с эмблемой своего спортивного клуба. И они отправились на завтрак.

Завтрак в ресторане отеля поразил Эллис изобилием продуктов и блюд. Это был греческий вариант буфета, включавший в себя не только привычные для европейцев компоненты утренней трапезы, но и разнообразные предложения местной кухни. Все хотелось попробовать, но Эллис и Фред вовремя сообразили, что если они осуществят это желание, то не смогут сдвинуться с места, и потому ограничились обычным легким завтраком.

После утренней трапезы, взяв полотенца, шлепанцы, солнцезащитные очки и крем, а также бутылки с минеральной водой и соками, они отправились на море. Эллис с нетерпением ждала встречи с морем и сама не замечала, как все убыстряла шаг. Небольшой пляж отеля находился в центральной части бухточки. Берег был не песчаным, а галечным. На камнях то там, то тут сохли под жарким солнцем выброшенные волной водоросли.

Эллис подбежала к кромке воды. На море стоял полный штиль. Она опустила руку в теплую воду, и вода эта была неправдоподобно чистой и прозрачной. Эллис поболтала рукой возле самого дна, но и после этого вода осталась незамутненной. Она вынула руку из воды и облизнула палец — он был не просто соленым, а даже пересоленным.

— Здравствуй, море! — еле слышно прошептала Эллис:

Фред хотел расположиться на лежаках в тени, под навесом, но Эллис не нравилось скопление отдыхающих на небольшом пространстве пляжа и она предложила пройтись по берегу, чтобы выбрать более уединенное место. Фреду идея понравилась, и, надев на головы шляпы, а на ноги шлепанцы, они отправились по гальке туда, где кончалась бухточка и резко сворачивала влево за мыс береговая линия, невидимая из бухты. Этот выступ суши Эллис сразу же окрестила «Мысом доброй надежды».

За поворотом взгляду открылось синее море с белыми силуэтами пароходов вдали. Прибрежная полоса стала совсем узкой, она отделяла от моря невысокий скалистый берег, застроенный виллами состоятельных горожан. Они проводили здесь выходные и отпуск, если только не уезжали куда-нибудь севернее, чтобы отдохнуть от жары.

Эллис выбрала удобное место под естественным навесом скалистого берега. Сложив туда свои вещи, молодые люди взялись за руки и с радостными криками бросились в море. Они плескались и брызгались, как дети, ныряли и плавали. Соленая морская вода сама удерживала Эллис на поверхности, и она, потеряв страх, начала чувствовать себя чуть ли не заправской пловчихой.

Неужели все это не сон? — думала Эллис некоторое время спустя, лежа на горячей гальке. Немного позагорав, она снова пошла к воде, но на сей раз не для того, чтобы плавать. Ее влек профессиональный интерес. На мелководье росли потрясающей красоты водоросли, они были похожи на пышные сказочные цветы, возникшие прямо из камней, и она с интересом изучала их.

А в это время другие глаза с не меньшим интересом изучали Эллис, внимательно следя за каждым ее движением. Через несколько минут по лесенке, ведущей от одной из вилл, к морю спустился мужчина, держа за руку маленькую девочку. Эллис мельком взглянула в их сторону, подумав, что это, наверное, греческая семья из того красивого белого дома, что стоит под раскидистыми платанами. Мужчина и девочка расположились ярдах в пятидесяти от Эллис и Фреда.

Эллис вышла из моря, села у кромки воды и стала перебирать мокрые камешки и ракушки, откладывая в сторону самые красивые. Ее занятие прервал Фред, сказав, что южное солнце — коварное, так что на первый раз хватит загорать и купаться. Он-то успел немного подкоптиться во время тренировок, а у Эллис кожа совсем белая. Она попыталась возражать, ссылаясь на то, что намазалась специальным кремом, но Фред был неумолим. Он сказал, что кроме солнца еще и вода здесь представляет опасность — в ней слишком большая концентрация соли, поэтому после купания надо обязательно смыть ее простой водой. Эллис сдалась.

Они вернулись в отель, приняли душ и, разморенные, легли отдохнуть, включив посильнее кондиционер. Есть в такую жару совсем не хотелось, а вот вода и соки убывали с космической скоростью.

К вечеру, когда дневная жара немного спала, молодые люди решили прогуляться по окрестностям. Но им это не удалось. Ни тротуаров, ни каких-либо других пешеходных дорожек на острове не было и в помине. Была одна очень извилистая асфальтированная дорога, по которой на большой скорости ездили машины, причем по «неправильной», с точки зрения англичан, правой стороне. Идти пешком по этой дороге было неудобно и небезопасно.