Они поднялись на второй этаж. Юджин показал Эллис ее комнату и, поставив около кровати сумку, сказал:

— Пойдем к Кэти! Только, извини, я пойду первым. Ее надо немного подготовить.

Пока они шли по коридору, Эллис успела отметить про себя, что дом Юджина и спроектированный им дом его греческого Друга, несмотря на все различия, удивительно похожи по внутреннему устройству.

Юджин остановился около одной из дверей, за которой слышались голоса, и шепотом попросил Эллис встать так, чтобы ее не было видно. Потом, предвкушая удовольствие, он открыл дверь и с хитрым и загадочным выражением лица вошел в комнату.

Стоя в коридоре, Эллис слышала, как Кэти с радостным криком бросилась к отцу.

— Папочка приехал!

Эллис слышала, как Юджин поцеловал девочку, поздоровался с кем-то еще и женский голос ответил на его приветствие.

— Скажи, Кэти, любишь ли ты чудеса и веришь ли в добрых волшебников? — напустив на себя таинственность, спросил Юджин.

— Да! — ответила Кэти, замирая от предчувствия чего-то удивительного.

— Тогда закрой глаза и не подглядывай!

Кэти изо всех сил зажмурилась в знак того, что не собирается играть нечестно. Юджин, придерживая дочку за плечи, раскрутил ее в одну сторону, потом в другую, сделал два шага к двери и дал знак Эллис. Она неслышно вошла в комнату и встала рядом с Юджином.

— На счет «три» можешь открыть глаза, — сказал он и начал отсчет. — Раз, два, три!

Кэти распахнула веки, и ее глаза заблестели от восторга. Радостно вскрикнув, она бросилась к Эллис. Та подхватила девочку на руки и закружилась вместе с ней. Кэти крепко обняла ее за шею, будто хотела задушить или никуда от себя больше не отпускать. Эллис была так растрогана этой встречей, что на глазах у нее выступили слезы.

— Как хорошо, что ты нашлась, — прижавшись щекой к щеке Эллис, шептала Кэти. — Я так по тебе скучала!

— Я тоже скучала и часто думала о тебе.

— Ну, хватит, Кэти! Ты задушишь Эллис, — вступился за гостью Юджин.

Он с трудом оторвал Кэти от Эллис, поставил ее на пол, но девочка тут же схватила ее за руку.

— Эллис, — обратился к гостье Юджин, — я хочу познакомить тебя с миссис Джонс, нашим добрым другом и бесценной помощницей.

Только теперь Эллис заметила в дальнем углу комнаты сухопарую пожилую женщину с милым, приветливым лицом, изящно уложенными седыми волосами и теплым взглядом светло-коричневых глаз. Женщины обменялись приветственными фразами и пожали друг другу руки.

— Как хорошо, что вы приехали, — сказала миссис Джонс. — Последнее время Кэти постоянно вспоминала вас. Надеюсь, вам здесь понравится. Желаю приятного отдыха.

Эллис поблагодарила ее, и воспитательница Кэти, попрощавшись со всеми, отправилась домой. После ее ухода Юджин, весело потирая руки, сказал:

— Сейчас мы устроим настоящий пир по поводу нашей счастливой встречи! Милые дамы, не соблаговолите ли вы последовать за мной на кухню, чтобы разобрать пакеты с провизией?

Дамы соблаговолили, и все трое спустились на первый этаж, причем Кэти не отпускала руку Эллис.

Юджин очень расторопно начал разбирать привезенные пакеты, что-то ставил в холодильник, что-то одновременно доставал из него. Кэти вертелась около отца и совала нос в каждый пакет. Гостью пока не привлекали к приготовлению ужина.

Вся эта возня на кухне живо напомнила Эллис, как в Греции они с Юджином иногда вместе готовили еду. Она с трудом верила, что это ей не приснилось, а если такое и было, то в какой-то другой, почти нереальной жизни.

Юджин все вынимал и раскладывал продукты. Когда настала очередь последнего пакета, он вдруг с досадой хлопнул себя ладонью по лбу.

— Забыл про десерт! Как же так? Ай-ай-ай! Ну, ничего! Я сейчас быстро съезжу в магазин и что-нибудь куплю. Милые дамы, что вы хотите на десерт?

Кэти запрыгала около отца.

— Я хочу клубничное мороженое! Эллис, а ты какое мороженое любишь?

— Наши вкусы совпадают, я тоже очень люблю клубничное, хотя, надо признаться, что и любое другое мороженое мне тоже нравится.

Эллис перевела взгляд на Юджина и обратилась к нему:

— Юджин, я думаю, что никуда ехать не нужно. Всего так много — мы вполне обойдемся без мороженого. К тому же погода плохая. — Она приоткрыла занавеску и взглянула в окно. — Посмотри, какой густой туман — ничего не видно. Ты не найдешь дороги. В таких условиях ехать просто неразумно.