Теперь счастливый новый обладатель вожделенного камня, не обращая никакого внимания на ребят, стал внимательно и с тупым восторгом рассматривать его. Пашка не выдержал такого издевательства.

– Это наш Камень, верни его нам. Мы его нашли и они, – он показал куда-то вверх, – разрешили нам владеть этим камнем.

Абдулла опомнился:

– Слушай сюда, гимназия! Сунешься – руки-ноги оборву и спички вместо них вставлю, – угрожающе сказал он, отошёл от ребят в сторону, снова посмотрел на камень, радостно засмеялся, несколько раз с алчным блеском в глазах ласково погладил его, чмокнул в оранжевый лучик и… тотчас исчез с глаз уже несколько привыкших к этому ребят.

– Ну вот, опять в прятки играем, – разочарованно протянул Паша. – Это становится уже слишком скучно! Сначала исчезает Марина, потом откуда ни возьмись, появляется какой-то дикий монах с нашим камнем, затем куда-то пропадает сам Абдулла и с камнем, и с пистолетом. Я надеюсь, динозавр Годзилла ниоткуда сейчас не выпрыгнет?

– Насчёт динозавра не уверен, – мрачно подхватил Сашка, – но лично я хотел бы спросить у того, кто нас сюда привёл, что всё это значит.

Он кивнул на лежащего на земле и открывшего один глаз Симбу.

– Да, как ты, кстати? – спросил Паша негритенка и, достав из рюкзачка фляжку, дал ему напиться.

В это время старый шаман на площади Совершеннолетия пришёл в себя, отёр с холодного лба ледяной пот и продолжил своё заунывное скучное камлание.

Левый глаз Симбы заплыл здоровенным фингалом, впрочем, почти незаметным на его лице цвета тёмной ночи. Однако юный негр довольно быстро пришёл в себя, вскочил на ноги, погрозил кому-то, очевидно, мафиози, своим грозным копьём, и снова встал в свою обычную позу ожидания. Паша не выдержал:

– Ты чего ждёшь, вояка? Где Марину искать? Где наш камень? Ты чего нас сюда привёл? Что нам делать дальше?

Но ни один мускул опять не дрогнул на лице юного стоика. Он спокойно и серьёзно посмотрел Паше в глаза и сказал:

– Симба ждать! Биыстра!

Тут не выдержал Сашка:

– Чего опять ждать? Что «биыстра»? Ты нам, кажется, просто голову дуришь. Все из-за тебя случилось: и Марина пропала, и чудесный камень мы потеряли. Да мы тебя сейчас твоим же потешным копьём и отдубасим, Сусанин ты африканский.

Он уже сделал шаг по направлению к Симбе, но его остановил задумчивый голос друга Паши:

– Сань, глупостей не делай, а? Вспомни, кто сопит тут в траве. Ганс Келлер – кажется, так его зовут? – тоже ведь чего-то хотел, но ничего не смог. У Симбы какие-то африканские штучки имеются, против которых мы бессильны. Да нам ничего и не надо предпринимать. Сдаётся мне, что Симба как-то общается с тем шаманом на площади, который уж точно знает, что нужно делать, а нам действительно остаётся только ждать.

И только он замолчал, как вдруг перед ними в знойном воздухе, напоённом ароматами цветущих трав и кустарников, на строгом фоне прибрежных скал появилась радостная улыбающаяся счастливая Маринка со своим постоянным рюкзачком за спиной и с охапкой огромных диких пионов, тигровых лилий и ещё каких-то невиданных гигантских жгуче-красных цветов.

Ребята не верили своим глазам:

– Маринка, наконец-то! Ты куда пропала? Где была? У нас тут такое творится – мы уже ничего не понимаем! Ты больше никуда не исчезнешь? – затараторили они.

– Привет!!! – Марина, увидев мальчишек, и вовсе засияла, подбежала и едва не завалила их своими объятьями на землю. – Я так соскучилась по вам, так старалась вернуться, что, представьте себе, сбежала почти со своей свадьбы! Вы должны оценить мою верность! – хитро посмотрела она на них. – Хотя, где уж вам?

– Какая свадьба? Ты что, за этот час уже успела затеять свадьбу? А говорила-то, говорила – надо долго выбирать, надо присматриваться к человеку…

У ребят были круглые от удивления, ничего не понимающие глаза. Но теперь уже изумилась и Марина:

– Всего один час? Да я несколько дней была в гостях у племени Белого Леопарда. И на самом деле, это было так здорово, ребята. Я была для них настоящей богиней, и за это время помогла им победить орды диких кочевников. А потом, вы не поверите, меня хотели выдать замуж за самого храброго охотника и воина племени, за юного вождя Унушу. Между прочим, парнишка тот ещё – одной стрелой двух уток на лету сбивает. И я ведь могла там остаться навсегда, но мне всё-таки удалось вернуться, хотя это было очень нелегко… Я расскажу вам всё подробно, но попозже, а сейчас надо решать, что делать дальше. Я вижу, у вас тут уже вечереет. Симба, – обратилась она к африканцу, – ты все-таки зачем нас сюда притащил?