Шурик сказал это просто так, отметив боковым взглядом какую-то иллюминацию сбоку. Но Лена, посмотрев налево, сказала:

— Мама!

Машина, словно дождавшись команды, заглохла. Даже свет фар начал предательски слабеть, и Шурик, беспокоясь об аккумуляторе, выключил зажигание.

— Я бы предпочел, чтоб это была летающая тарелка, — сказал он, все еще не успев бросить взгляд в окно.

— Почему? — шепотом спросила жена, и окружающая тишина стала просто осязаема. Оказывается, Rod Stewart, выводящий рулады «Every beat of my heart» из проигрывателя тоже замолчал.

— Потому что с инопланетянами у меня бы получилось договориться, а вот с твоей мамой, да в этой глуши — вряд ли.

— Дурак! — сказала Лена. — Ты посмотри в окно!

Действительно, зрелище было завораживающее: над лесом, сбоку от мокрой крыши магазина переливались огни чего-то, неподвижно застывшего и безмолвного. Восемь или девять фонариков, чередующихся красными, зелеными и белыми цветами, вытянулись в слегка скругленную к краям линию.

— Пошли из машины, посмотрим! — предложил Шурик, отстегивая ремень безопасности.

— Саша, я боюсь, — трагически снова прошептала жена.

— Пойдем, на улице бояться интересней! — сказал Шурик и отстегнул ее ремень. — Не бойся, я тебя защитю!

Они вышли на обочину. Машин на дороге больше не было. Со стороны домов были слышны крики самозабвенно влюбленных друг в друга котов, да к магазину шли две какие-то женщины с ребенком. Женщины курили, ребенок безостановочно тянул носом и пинал поочередно обеими ногами подмерзающую к ночи слякотную грязь.

НЛО просто и буднично висело над макушками деревьев. Огоньки весело перемигивались, напоминая чем-то елочные гирлянды. Силуэт его сливался с чистым ночным мартовским небом. Определить размеры было невозможно: то ли оно было огромным и замерло где-то вдалеке, то ли, наоборот.

Смотреть на эдакое чудо было, конечно, интересно, даже фотографировать не хотелось. Но без обмена мнениями обойтись было просто нельзя, невыносимо и даже как-то не по-человечески.

— Видишь? — спросила Лена.

— Думаю — да!

— Это НЛО? — опять спросила Лена, на сей раз уже достаточно громко. Видимо, ей очень хотелось, чтобы и те женщины, и тот сопливый ребенок тоже обратили на это диво свое внимание.

Шурик деликатно промолчал, а одна из женщин, расслышав слова Лены, задрала голову к лесу.

— Че там? — спросила другая.

— Инопланетяне, говорят, — ответила ее спутница. — Вишь, огнями светятся?

— Фу! — громко протянула другая и сплюнула сигаретный бычок. — Вот если бы бутылка водки висела — тогда интересно. Эка невидаль!

И они перешли на другую сторону дороги, ребенок, так и не обратив никакого внимания на чуждые огни, поспешил следом, продолжая отвратительно тянуть носом.

— Во дают! — снова тихим голосом произнесла Лена. — У них тут НЛО — заурядность, что ли? Даже ребенку ничего не сказали!

— Просто — это быдло, родная моя. Такое состояние души. Приземленность. Способ выживания. Здесь по другому — тяжело, — вздохнул Шурик. — Ребенку, думаю, тоже неинтересно. Дали бы кто денег — вот тогда НЛО! А так — чушь собачья.

Словно отозвавшись на их разговор, объект вдруг, в одно мгновение, сделался ближе и огромней. Можно было различить даже какие-то окна-иллюминаторы над сделавшимися далекими друг от друга разноцветными огоньками. А в них — силуэты.

В следующую секунду НЛО опять внезапно оказался вдали, огни его сошлись в точку — и все кончилось. Только звезды, пар от дыхания, и Rod Stewart из машины.

Уже дома, под уютное потрескивание камина, выпив по бокалу 7-летнего Chivas Regal, расположившись в глубоких креслах, Лена, вдруг спросила:

— Почему ты сказал про конец света?

— Когда? — удивился Шурик, отблески скрытого жаропрочным стеклом дверцы огня играли на линзах его очков.

— Ну, ты сказал, что НЛО расплодились, как при конце света.

Шурик задумался, плеснул в бокалы виски и отпил из своего, не забыв чокнуться с Леной, почесал за ухом, отчего стал похожим на кролика. Если учесть багровый отсвет очков — на кровожадного кролика. Наконец, он произнес:

— А пес его знает, почему я так сказал. Наверно, так и есть.