Нина посмотрела на пленника и положила ладонь ему на грудь. Мужчина мерно дышал, глядя на нее. Некоторое время они молча смотрели друг на друга.

Прошла минута, прежде чем девушка убрала руку и отступила. Затем она развернулась на каблуках и направилась к двери.

Первое, что ей бросилось в глаза, это разочарованный взгляд Леонида. Он не скрывал своего состояния. Едва дверь за ней закрылась, как он тут же бросился на нее:

– У тебя ничего не получилось. Ты даже не пыталась. Боже мой, на что я рассчитывал?

– Дядя, не понимаю, о чем вы говорите, ведь я сделала все, как вы велели. Посмотрела ему в глаза и дотронулась.

Он еле сдерживал себя, чтобы не зареветь как лев в клетке. Нина решительно не помнила своего таланта. Божьего дара, как называл это ее отец.

– Малышка, ты не понимаешь. Я лишь напомнил тебе о тех действиях, которые ты раньше выполняла сама. У тебя происходило это совершенно естественно. Ты даже не напрягалась, когда делала это.

– Делала что? Простите меня, но я решительно не понимаю, чего вы от меня ожидали. Объясните.

Он смотрел на нее, словно видел впервые. Глаза, полные отчаяния и безнадеги. Леонид взял ее руку и вдруг мягким голосом извинился:

– Прости, что впутываю тебя в это, должно быть, ты утратила свои способности вместе с памятью. Я не должен был просить тебя об этом, а тем более заставлять. Давай забудем об этом недоразумении и больше не станем об этом говорить.

Он обнял ее за плечи. Затем, тихо прошептал:

– Подожди меня здесь, я должен кое-что сказать Виссариону, прежде чем мы покинем это место.

Нина согласно кивнула в ответ и отступила. Леонид кивнул помощнику, и они вместе отошли в сторонку так, чтобы девушка не видела его разгневанного лица.

– Она ничего не помнит, – прошипел Леонид. – Я только зря потратил на нее свое время. Безмозглая дурочка.

– Не стоит ее недооценивать, господин, – говорил Виссарион спокойным тоном. – Уверен, что природа сохранила ей ее способности.

– Что ты предлагаешь? Чтобы я дальше нянчился с ней? Мне нужна ее сила, ее дар, ее талант. Как я могу ее заставить вспомнить о нем? Что должен для этого сделать?

– Для начала успокойтесь. Она не должна знать, что вы на нее сердитесь. Из этого ничего хорошего не выйдет. Поверьте мне. Пусть какое-то время живет обычной жизнью, пока не представится случай.

Леонид вскинул брови. Он всегда ценил гибкий ум своего помощника и его способность здраво мыслить.

– Ты говоришь дело. Продолжай.

– Согласен, в этот раз мы недооценили ситуацию. Девушка хоть и осознавала, что это ее враг, но она его боялась и жалела.

– Жалела? – он выдавил это слово, словно его затошнило.

– Да, мой господин. Я прочел это по ее глазам. Нина жалела его, вместо того чтобы ненавидеть. Вам не удалось заставить ее презирать, а это самое главное. Разгадка заключается в ее понимании мести и ненависти. Чтобы к ней вернулся дар, она должна возненавидеть.

Леонид в глубокой задумчивости пригладил аккуратную бородку. Взвешивая все сказанное, он пришел к выводу, что Виссарион был прав. Никто подумать не мог, что девушка стает жалеть преступника. Это была серьезная оплошность с их стороны.

– Значит, нам нужно создать ситуацию, когда она возненавидит свою жертву, – прошептал он, улыбаясь холодной улыбкой. – Я подумаю над этим.

Виссарион кивнул в ответ. Позади, за дверью, послышался глухой удар. Охранник наказывал пленника кулаками.

– Что делать с ним?

– Убейте.

Леонид изобразил на лице теплую улыбку и повернулся к племяннице:

– Прости, что заставил ждать. Должно быть, ты озябла, пойдем скорее от этого мрачного места.

Нина слабо улыбнулась в ответ. Девушка очень устала и замерзла. Сейчас больше всего на свете она мечтала забраться в постель и позабыть о пленнике.

В игорном зале играла скрипка. Дым дорогих сигар и мужской гогот. Леонид хотел было войти в зал, как натолкнулся на управляющего Гордея.

– Господин, я встретил гостей, о которых вы говорили, и усадил за столик в углу. Лакей уже поспешил за винной картой. Будут еще распоряжения?

– Делай свою работу, – Леонид прошел мимо. – Позову, если понадобишься. Ступай.

Гордей склонился в поклоне и направился вперед по коридору. В отличие от него, настроение у Леонида было испорченным. Он чувствовал себя обманутым из-за этой девчонки. Нужно было успокоиться, прийти в себя и делать вид, что все отлично.