Наш сосец Леша, большой любитель мопеда, незадолго перед этим устроился на завод учеником шлифовальщика. Времени для тренировок у него не было вовсе. Рано утром, когда все еще спали, он бежал на электричку, чтобы успеть к началу смены. А когда возвращался домой, наши «местные» спортсмены уже заканчивали тренировки.

И все же он твердо решил победить в этих соревнованиях. Почему — он не говорил, но по всему было видно, что у него для этого имелись очень веские личные причины. У каждого человека есть какие-то свои слабости — у одного больше, у другого меньше. Были они и у Леши. Не умел он сдерживать свои чувства. Как-то вернулся он с работы раньше обычного. Зашел на пустырь, где ребята упражнялись в езде, регулировали моторы, заспорил с ними и выпалил:

— Зря стараетесь, все равно кубок будет мой.

Ребята засмеялись, а тренер присвистнул:

— От скромности ты не умрешь, парень, хоть бы разок на тренировку приехал.

— Некогда, — отрезал Леша.

В тот день пришел он домой чернее тучи, переживал. По натуре он был человек скромный, незаносчивый, и то, что он противопоставил себя другим, вышло у него непроизвольно. Но тем не менее гордость и жизненная неопытность не позволяли ему пойти к ребятам и поговорить с ними начистоту — объяснить, что обидно было ему видеть, как они успешно тренируются, и не иметь возможности вместе со всеми готовиться к соревнованию.

Как бы там ни было, не зря говорят: не давши слово — крепись, давши — держись. Держался он стойко. Возвращаясь с работы, подолгу возился со своим мопедом, пробовал его на ходу, и опять доносились из сарая стук молотка и позвякивание ключей.

В день гонок на пустыре было празднично. На даче не так уж много развлечений, поэтому на пустыре собралось немало зрителей. Из принесенного кем-то магнитофона раздавался бодрый спортивный марш. Тренер с мегафоном и стартовым пистолетом выглядел вполне профессионально, и длинный ряд бравых «гонщиков» в шлемах и крагах, выстроившихся перед красной лентой «старт», вызывал восхищение.

Ребята постарались. Их мопеды были ярко раскрашены. Вместо фар, как на всамделишных кроссовых мотоциклах, — порядковые номера машин, вместо крыльев — спортивного вида колеса.

Среди этих почти гоночных машин мопед Леши выглядел, прямо скажем, неблестяще. Кроме номера, нарисованного на фанере, наспех прикрученной к седлу, в нем не было ничего спортивного — та же самая дорожная машина, на которой он ездил раньше.

— Смотри-ка, и этот хочет гоняться. — Полная женщина в красном платке тыкала пальцем в сторону Леши.

Он покраснел так, что стал похожим на ее платок, но сделал вид, что к нему реплика не относится.

Тренер поднял руку с пистолетом.

— Внимание, старт!

Выстрел тут же был заглушен ревом моторов. С первых же секунд мопед Леши вырвался вперед и десятка на два метров обошел других. На втором круге его начали настигать сразу трое гонщиков. В какой-то момент один из них, ловко лавируя между препятствиями, даже обошел его. Но на подъеме Лешина машина решительно оторвалась от преследователей и первой пришла к финишу.

И тренер и вся его спортивная команда были явно обескуражены.

— Ерунда, случайность, не расстраивайтесь, — только и нашелся что сказать организатор соревнований.

— Ай да молодец! — хлопнула в ладоши женщина в красном платке.

И опять Леша зарделся ярким румянцем, и опять промолчал — застеснялся.

На следующий день был назначен второй тур гонок. Теперь рядом с финишем был выставлен стол, накрытый красной скатертью, на нем красивый кубок с надписью: «Победителю гонок». На этот раз людей пришло намного больше — видимо, потому, что было воскресенье, а может быть, наслышались о первом туре состязаний и решили взглянуть на финал.

Участников соревнований осталось только пять. Ребята примерно Лешиного возраста в мотошлемах сосредоточенно следили за арбитром. Не переговаривались, не шутили, как в прошлый раз. Видимо, решили «снять кубок» во что бы то ни стало.

И снова отчаянный треск моторов заставил яростно залиться в лае местных собак. Лешин мопед сразу же ушел вперед. Все три круга он прошел, далеко опередив остальных четырех гонщиков. Под звуки туша, проигранного все тем же магнитофоном, Леша с сияющими глазами принял желанный кубок и крепко прижал к забрызганной дорожной грязью куртке. Его обступили обескураженные ребята. Подошел и известный мотогонщик:

— Молодец ты, парень, хвастун, а молодец, такое редко бывает.

— Не хвастун, а была у меня идея, — поправил Леша без обиды.

— Это что же за идея?

— Я работаю шлифовальщиком на заводе… Учеником, — поправился Леша. — Вот ребята наши заводские и посоветовали мне отшлифовать все поверхности, соприкасающиеся в моторе с горючей смесью. Машина стала мощнее. Мне кажется, раза в два. Я вас и обставил.

— Нечестно! Жулик ты, Леха! — негодовали ребята.