Шрифт:
— Я знаю, Беа, — мягко сказала королева, потому что миссис Беа выглядела очень расстроенной и судорожно стискивала руки.
— Это так ужасно, Ваша Милость, — продолжала миссис Беа. — Я и сама не поверила, когда услыхала! Я даже назвала аптекаря лгуном, и он обиделся…
Пока миссис Беа собиралась с мыслями, королева нервно стучала пальцами по подлокотнику трона.
— Аптекарь сказал, что за горетравом приходил высокий худой лакей в плаще. Когда он вынимал кошелек, плащ распахнулся, и аптекарь разглядел его ливрею. Это был лакей лорда Уорси…
Наступила гнетущая тишина, которую нарушила Ее Величество.
— Это невозможно! — воскликнула она. — К тому же леди Грейс и эта девочка, Элли, обошли все персональные апартаменты, в том числе апартаменты лорда Уорси. И ничего не нашли!
— Это правда, миссис Беа, — подтвердила я. — Желтого порошка нигде не было!
При этих словах мой дядя, доктор Кавендиш, вздрогнул.
— Но Грейс, — сказал он изумленно, — порошок горетрава не желтый, дорогая, он зеленый!
Я застыла, открыв рот.
Миссис Беа энергично закивала:
— Да, моя милая, чистый горетрав зеленого цвета. Это если его смешать с вином, он становится желтым и оставляет такие следы, что их и десятидневная моча не берет!
Мы с Элли виделизеленый порошок в комнате лорда Уорси и зеленые пятна у него на манжетах. С бьющимся сердцем я сообщила об этом королеве.
На мгновение она застыла словно статуя, лицо ее было точно высечено из мрамора. Потом громко крикнула:
— Мистер Хэттон!
Один из ее личных гвардейцев просунул голову в дверь. Я заметила, как за дверью, в коридоре, мелькнула Элли, видно, надеявшаяся, что ее не заметят и не отошлют прочь на самом интересном месте. Наверняка и Мазу там был и подслушивал!
— Пригласите лорда Уорси в приемный зал, и немедленно! — приказала королева.
Мистер Хэттон мгновенно испарился. Мы все застыли и ждали — я, миссис Беа, дядя Кавендиш, королева…
Я стискивала руки, мысли мои прыгали. Да, все сходится… Но почему он это сделал? Зачем лорд Уорси отравил сэра Джеральда, своего собственного племянника? В голове не укладывалось!
Наконец мистер Хэттон вернулся и доложил:
— Лорд Уорси!
Лорд Уорси выглядел очень усталым и взволнованным.
— Милорд, — начала королева официальным тоном, — я получила достоверные сведения о том, что один из ваших лакеев недавно приобретал горетрав, а также о том, что горетрав видели в ваших апартаментах!
Лорд Уорси побледнел, веки его затрепетали. На мгновение он утратил дар речи. Потом прокаркал:
— Ваше Величество!?
— Да, милорд, горетрав! — повторила королева. — Вы это отрицаете?
— Безусловно, Ваше Величество! Это лишено всякого смысла! Кто только посмел донести до вашего слуха столь жестокую и коварную ложь… что я, лорд Уорси, могу иметь какое-то отношение… Какая отвратительная шутка… — бормотал лорд Уорси.
— Ваше Величество, могу я кое-что спросить у лорда Уорси? — нерешительно вставила я.
Королева кивнула.
Лорд Уорси взглянул на меня.
— Что? Что вы здесь делаете? Это вас не касается, вы всего лишь фрейлина!
— Нет, касается, милорд! — воскликнула королева. — Равно как и меня!
— Милорд, у вас должно быть зеленое пятно от горетрава на манжете. Не могли бы вы показать нам свои рукава? — спросила, замирая от волнения, я.
Лицо лорда Уорси стало холодным и надменным. Он вытянул обе руки:
— Прошу вас. Убедились? На моих манжетах нет никаких пятен!
Сердце у меня оборвалось. Лорд Уорси успел переодеться, и теперь все улики канули в прачечную!
И тут в дверь робко постучали.
— Кто там еще? Мы заняты! — рявкнула королева.
В комнату боком протиснулась Элли, безостановочно приседая в реверансе и кивая головой, точно голубь.
— Гм… — начата она. — я тут… подслушала под дверью… да и думаю — надо признаться… я намедни была занята малость другим делом… вот и не успела постирать…
С этими словами она достала из-за спины отвратительного вида мужскую рубашку.
Сердце мое подпрыгнуло.
— Элли, это она? Та самая? Лорда Уорси?
Элли кивнула и снова присела в невообразимо почтительном реверансе.
— Абсурд! — вскричал лорд Уорси. — Меня что, обвиняют фрейлина и прислуга!?
Но лицо его было абсолютно серым.