Внешнее покрытие 'беркута' успело запылиться, под бортом скопился песок и мусор, но никакого вреда это боевой машине причинить не могло.

Подойдя ближе, я как во сне дотронулся до прохладной поверхности, стирая слой грязи, под которой обнажилась антрацитовая броня. Пройдя вдоль корабля, от носа к корме, рассматривая знакомые по вирту обводы, я просто млел от нереальности происходящего.

Остановился около неширокого крыла, выдающегося из корпуса почти на пять метров и вытянуто вперед полумесяцем. Толщина его основания превышала мой рост, а на конце виднеется треугольное вздутие орудия, до времени сокрытого внутри.

Я вернулся к входному люку, возле которого на стене виднелся овальный контур идентификатора. Остановился.

Чтобы получить неограниченный доступ ко всем системам любого космического корабля, нужно иметь соответствующий капитанский доступ. А стать капитаном возможно исключительно после привязки, официальной регистрации, осуществляемой через вирт-интерфейс и проходящей через реестр космического транспорта. До этого корабль использовать по назначению попросту невозможно - будут задействованы минимальные транспортные функции, жизнеобеспечение, аварийный контроль и только...

Для проверки мне оставалось всего ничего - приложить руку, но именно это действие вызывало дрожь в коленках. А вдруг не получится, вдруг корабль уже зарегистрирован и стоит в этой пустыне не просто так, а с какой-то неведомой мне целью? Ведь тогда вскрыть корпус смогут только на заводе, а я могу сколько угодно сидеть перед запертой дверью. Ладно, чего я жду.

Подношу ладонь к сенсорному блоку. Круг осветился бежевым, мигнул и переключился на зелёный. Есть! Раздалось шипение, сдувшее песчинки с окружающего люк покрытия, щелчок и часть корпуса разделившись на три части, растеклась в разные стороны, освобождая проход.

Мягко осветился внутренний коридор. Энергетическая стена отсекла часть пространства за люком, превратив его в аналог шлюзовой камеры. Процедура отлично знакомая и очень хорошо, что всё работает - значит компьютерная система, энергообеспечение и основные механизмы не пострадали за годы бездействия.

Я сделал шаг и очутился внутри. За спиной с шелестом схлопнулись лепестки, вновь превратив корпус в несокрушимый монолит. Свет сменился на сиреневый, началась процедура биологической обработки, которая не только уничтожала всю потенциально опасную бионику, но и очищала гостей от грязи, принесённой с поверхности. После завершения очистки поле исчезло, открыв моему взору подсвеченный дежурным освещением коридор.

– Компьютер, - произнес я, - свет.

Зажглись жёлтым полосы на полу и потолке, заливая пространство непривычным, режущим глаза светом. Видимо изначально настроенный на спектр солнца планеты, где произвели эту машину, компьютер не имел достаточно интеллекта для самостоятельной регулировки освещения под условия внешней среды.

– Цвет освещения белый, яркость половина текушего, - отдал я следующую команду.

Пока бортовой комп слушался отдаваемых ему команд и выполнение бытовых приказов, кстати, подтверждало мои выводы о статусе корабля. Спектр изменился, став привычным, интенсивность ламп снизилась.

Я находился на нижней палубе, всего их тут две, судя по высоте борта. Лихорадочно вспоминая всё, что знал о конструкции судна, пошёл вперёд, вертя головой по сторонам. В игре-то всё просто, очутился в кабине, сел в кресло и полетел, а сейчас придётся голову поломать где тут рубка.

В воздухе витал неуловимый запах, который, я предполагаю, свойственен исключительно новым, только привезённым с завода, машинам. Не знаю, сколько лет простоял 'Беркут' в одиночестве, но запах не выветрился и внутри него стоял аромат пластика, смазки и металла. Позже, в соответствии с предпочтениями экипажа коридоры наполнятся ароматами леса, травы, цветов и всем, на что горазда внутренняя климатическая система. Но никогда уже не возникнет такого ощущения первозданной новизны.

Походив по коридору в поисках поста управления, я мысленно хлопнул себя по лбу, вот дурак.

– Показать схему отсеков, - попросил я и тотчас на боковой стене развернулся голоэкран с полной картой корабля в разрезе.

Справа ангар, энергоотсек, технический блок, слева коридор спецотсеков, неясного пока назначения, но подробности можно узнать и позже. На второй палубе комнаты экипажа, кают-компания. В конце главного коридора небольшая лестница, которая и ведет в кабину. Вот оно.

Небольшое помещение трёхметровой высоты. Одно кресло впереди, ещё два справа и слева от главного - резервные посты управления. Ничего лишнего, никаких кнопок, приборов, вся информация подается в вирт, либо на голоэкраны с силовым интерфейсом. Стандартная, унифицированная пилотская рубка среднего корабля.

Сажусь в кресло, и тут меня ждёт первый сюрприз, нет шлема. Вот смешно будет, если корабль ими забыли укомплектовать.

– Компьютер, а где шлем?
– спрашиваю я.