Марангони с тех пор так и не привел в порядок свои зубы. Либо полицейским слишком мало платят, либо у него неправильная система ценностей. Или просто комплексы от избыточного веса. Нижний резец слева совсем почернел. Закурив сигарету, хотя отсутствие пепельниц недвусмысленно показывало, что здесь не курят, тучный инспектор пояснил:

– Карабинеры отвечают за territorio extraurbano – пригородную и сельскую местность. Полиция несет службу в границах города. Учитывая, что мы имеем дело с возможным похищением члена семьи, проживающей в пределах городской коммуны, обе службы ведут расследование параллельно.

– Понимаю.

Стало быть, подумал Моррис, за спиной у него не только труп, угон машины, и возможно, еще какие-то улики, заметные на фото, снятом со спутника. Теперь за ним гонятся сразу две службы, карабинеры и полиция. Все же неожиданно для себя он порадовался, что дело опять поручили Марангони. Любая память о прошлом приятна – приближает его к Мими.

– Значит, мне придется повторять все сначала? – спросил он устало, давая почувствовать иронию.

– Присядьте пока вот сюда, – Марангони указал на стул, который скоро отойдет в собственность Морриса. – Основные факты коллеги нам сообщили. Так что я бы хотел только задать парочку дополнительных вопросов.

Моррис сел напротив инспектора. Тихоня помощник продолжал строчить в блокноте со скоростью, никак не соответствующей тем двум-трем фразам, что Моррис успел произнести. А нет ли, часом, на его одежде или в поведении чего-нибудь такого, что могло его выдать? Он посмотрел на руки, чтобы проверить, не присохла ли кровь под ногтями, и обнаружил, к своему ужасу, что пальцы дрожат.

– Два вопроса, если быть точным. Первый: незадолго до того, как в офисе произошло то, что там произошло, синьор Позенато позвонил в полицию…

– Davvero? – удивление было, возможно, чуточку поспешным. – Карабинеры мне не говорили.

– Потому что сами не знали в то время, – усмехнулся Марангони. Он определенно разжирел с тех пор, как занимался делом Массимины. – Позенато ведь звонил нам, а не им.

– А по какому поводу? Может быть, тут и кроется разгадка. – Едва вымолвив это, Моррис понял, из какой ловушки только что ускользнул.

– Нет, вы меня не так поняли. Связь прервалась.

– А, теперь понятно. То-то телефон валялся разбитый.

– Странно то, что, по словам оператора, принявшего звонок, Позенато не казался особенно взволнованным или испуганным.

Марангони замолчал, упершись в Морриса свинячьими глазками. Но тот даже расслабился слегка. Это как езда на велосипеде, подумал он. Раз научившись держать равновесие, уже не забудешь. Даже через годы все вспоминается за полминуты. С чувством, с толком, с расстановкой он напустил на себя озадаченный вид.

– Не казался? И что же?

– Но после того, как разговор был прерван и случилось еще что-то, Позенато закричал: «Ты спятил?» или нечто в этом роде. Это опять-таки показывает, что он был скорее удивлен, чем напуган.

Моррис покачал головой в явном недоумении. Помощник инспектора бросил писанину и теперь с довольно нервной улыбкой смотрел на него сквозь блики канделябров на стеклах очков. Моррис обратил внимание на его дурацкий галстук кричащей тропической расцветки, в лимонах и бананах. Такие галстуки носят люди, когда хотят замаскировать мнимой беспечностью свои комплексы хронических неудачников. Вновь воспрянув духом, Моррис решил обязательно повесить настенные светильники, и чтобы лампочки в них были не меньше шестидесяти ватт.

– Из этого можно сделать вывод, что он был хорошо знаком с убийцей, – заключил Марангони.

Моррис изобразил согласие пополам с сомнением:

– Может статься.

Инспектор вдруг подался к нему, грузно облокачиваясь на стол:

– А сейчас я хочу, чтобы вы мне сказали, кто этот убийца, синьор Дакворт!

Моррис встревожился. Он не ожидал атаки прямо в лоб. Выигрывая время, он спросил:

– Значит, вы не допускаете мысли, что это может оказаться еще одно похищение?

Его слова заставила Марангони слегка спустить на тормозах.

– No, per niente.

– Тогда это, видимо, все-таки дело карабинеров, – выдал Моррис, как бы сам удивившись несвоевременной мысли.

Но Марангони не отвлекался.

– Синьор Дакворт, – сказал он, делая ударение на втором слоге фамилии, – я спросил вас: кто убийца?

Моррис сделал глубокий вдох, изображая сомнения, затем вроде как решился.

– Видите ли, инспектор… кстати, как вас правильно называть, инспектором, полковником или еще как-нибудь? А то я с карабинерами совсем запутался.