Толстый мужчина, одетый в цвета Фейфена, который только-только сел рядом, прервал рассказчика презрительным фырканьем:

— Пилигрим! Скажешь тоже! Моя задница способна лучше врать!

— Было и еще кое-что. Ты слышал о нем? — спросил Шарфи. — Некоторые называют его Тень, но звать его не так. Эрик. Я с ним был знаком. Научил его владеть мечом. Видишь этот шрам? Он оставил. У него хороший клинок. Рука быстрая, я такой давно не видел, с тех пор, как сам был на войне. Не хуже меня, когда я был помоложе. Я его научил. Так ты слушай. Боевые маги убили до него тысячу других пилигримов. Но когда пришел Эрик, я успел добраться вовремя, чтобы его спасти. Выскочил на поле…

— Брехня! — бросил вновь прибывший. — Ничего этого не было. Ничегошеньки. И остальная чушь, до которой ты еще не дошел, тоже брехня! Я слыхал твои россказни вчера, пока ты пивом заливался и срыгивал такие же истории. Нужно бы подумать, что лучше сделать в нынешних условиях, а не сидеть слушать эту брехню!

— Ничего мы уже не можем сделать.

— Да ты к тому же трус. И клинка ни разу в жизни не обнажал.

Шарфи от ярости едва не свалился со стула:

— Я упражнялся с Анфеном едва ли не каждый день в дороге!

— С кем?

— Он четырежды выигрывал Шлем Доблести. И именно он разрушил Стену. Я был там, когда это произошло.

Здоровяк обидно расхохотался. Остальные его поддержали, чтобы не совать нос в чужие дела (или вежливо слушать историю Шарфи).

— Я убил десятерых передовых в битве за Пирен, — произнес Шарфи, чье благодушие стремительно улетучивалось. — Заработал этим срок на фермах. И сумел выбраться оттуда живым. Хотя вряд ли вы знаете хоть что-то о фермах. Или шахтах. Потому что никто не выходит оттуда живым. Но мне удалось.

Вновь прибывший усмехнулся в бороду:

— Десять передовых, говоришь?

— Десять в том бою. Были и другие.

— Приканчивал раненых после боя, подтягивая пояс, а? Что ж, тогда валяй, хвастайся… Я таких, как ты, уже встречал.

Шарфи бросил взгляд на левую руку и заметил на ней натертую докрасна кожу — памятку от тетивы.

— Десять передовых. Из первого ряда. Я не сидел где-нибудь в засаде, подальше от рубки, с изогнутой палкой, годящейся только для трусов. В полной безопасности, как мэры у себя дома.

Взгляд здоровяка стал жестким, и он решительно поставил кружку с пивом:

— Ты, похоже, видел вчера, как я пришел сюда, только вот слишком глуп, чтобы отличить охотничий лук от боевого.

В комнате воцарилась тишина, головы сидящих повернулись в направлении двух спорщиков в ожидании неминуемого, как казалось теперь, исхода.

— Я выполнял секретные операции Отряда мэров, — пьяно ухмыльнулся Шарфи. — Раньше. Поэтому и познакомился с пилигримами.

— В таком случае тебя нужно опасаться.

С этими словами незнакомец набрал в рот пива и выплюнул его в лицо Шарфи. Вокруг расхохотались.

Шарфи поднялся со стула и всем знакомым жестом поманил обидчика за собой, выходя на улицу. Если бы он уделал этого ублюдка прямо в зале, трактирщик, чего доброго, выставил бы его за дверь, а ему понравилось это уютное заведение. Здоровяк загоготал, сообразив, что ему бросили вызов, однако последовал за Шарфи.

— А ты тот еще весельчак, — издевательски бросил Шарфи, вытирая лицо не слишком чистым рукавом.

— С тобой можно неплохо позабавиться, — весело отозвался его противник.

Никакого сомнения в собственной победе, бедняга, — а ведь Шарфи собирался его унизить перед всеми. Он-то чувствовал вполне обоснованную уверенность, несмотря на то что пол несколько покачивался и он врезался в косяк, выходя из трактира. Это не важно. Он бывал и пьянее и тем не менее побеждал куда более достойных противников, чем этот.

На улице собралось небольшое кольцо зрителей. Многих пьянчужек отпугнул сильный дождь, по-прежнему с силой обрушивавшийся на все и вся, к тому же им совершенно не хотелось терять хорошие места, чтобы посмотреть поединок, который обещал быть недолгим и совершенно неинтересным.

Двое спорщиков встали друг против друга на обочине дороги. Противник Шарфи был на несколько лет моложе его, гораздо крупнее и тяжелее, с широкими плечами и длинными руками. Но бывший разбойник ничего не имел против — здоровякам вроде этого не так часто бросают вызов, к тому же они, как правило, довольно неуклюжи и неповоротливы. Впрочем, даже лучше, что ему достался этот тип — стоит завалить такого, и восхищенные зрители будут наперебой угощать его выпивкой всю ночь, слушая истории…