Зоркий Глаз трусил впереди; его белая шкура призрачно блестела между деревьями. Он то и дело втягивал носом воздух и поскуливал от страха. Болд, зажатый под мышкой у полувеликана, бормотал себе под нос какую-то чушь. Сиель обнаружила, что задыхается в этой тишине.

— Интересно, куда они все направились, — произнесла она, думая о деревенских жителях и той мирной жизни, которой совсем недавно завидовала.

Она ощутила горькое облегчение при мысли, что теперь нет даже возможности жить так же.

Порой в северном небе проскальзывали оттенки алого, но вуаль, скрывающая границу, пока не развеялась.

— Старый Кошмар по-прежнему стоит на страже у ворот, — произнес Гобб. — Только что видел, как он помчался на запад. Он быстро движется. Не дает каменным перейти границу. Наверное, эта чушь про Маятник все-таки была правдой. Хотя, если честно, я так ничего и не понял.

— В структуре каждого объекта есть приписываемая ему ценность, придурок! — зарычал Болд, брызгая слюной. — Ценность или вес. Вес или весомость. Весомость или значение мощности. У всего! Человек стоит миллиона букашек!

— Болд…

— Нет, ты будешь слушать! Я открываю секреты! Обе половины по общему значению мощности равны, а эффект вакуума происходит, если значение мощности заимствуется…

— Да, ну что ж, видимо, ты умнее меня, — произнес Гобб, перебросив изрыгающего проклятия Инженера под другую руку. — А теперь помолчи, слышишь, как волк рычит? Он пытается заставить тебя заткнуться.

Зоркий Глаз помедлил, повернувшись к югу. Низкое рычание наполнилось яростью.

Сиель сняла лук с плеча, вглядываясь в кусты, росшие на склоне холма, круто уходящего вниз по правую сторону дороги. Она ничего не видела в темноте — и не слышала.

— В чем дело? — спросила она волка. — Ты рычишь, чтобы отпугнуть что-то, но вместо этого можешь привлечь к нам его внимание! Замолчи сейчас же!

Зоркий Глаз тихо заскулил, нерешительно поглядывая то на нее, то на дорогу.

— Если ты почуял более безопасную тропу, то выбери ее, — произнесла девушка, похлопав волка по боку и не зная, действительно ли он понимает ее слова. — Мы пойдем следом. Если опасность повсюду, значит, от судьбы не убежишь, и мы встретим ее достойно, как и подобает воинам.

Волк тяжело вздохнул, но потрусил так быстро, что они едва не потеряли его из виду.

— Что его обеспокоило? — недоуменно спросил Гобб.

— Можешь выбрать любую угрозу, которая придет тебе в голову, — устало отозвалась Сиель. — Давно уже лук не казался мне таким бесполезным.

— Если это снова тот дракон, вряд ли я смогу что-то сделать с ним. Даже с маленьким, — признался полувеликан.

«Если это действительно снова тот дракон, то вряд ли его заинтересует кто-то из нас», — с содроганием подумала Сиель.

— И вообще, что это за звук такой? — наморщил лоб Гобб. — Может, именно он обеспокоил волка.

— Я лично слышу только наши шаги. С чем можешь сравнить?

— Похоже на то, как скрипит ветка, когда ее сгибаешь. Скрипит, трескается — такие деревянные стоны. Вот на что это похоже.

— Я ничего не слышу.

— Зато волк слышит. И ему это не нравится.

Гобб убрал зачарованный светокамень — ни к чему было привлекать его сиянием внимание неизвестных врагов. Дорога была вполне ровной, потускневшие лучи небесного свода кое-как разгоняли мрак, позволяя, по крайней мере, не спотыкаться на каждом шагу. Сиель чувствовала, как начинают уставать ноги, отвыкшие от быстрой ходьбы, а путники не сбавляли скорость уже битый час. Она по-прежнему ничего не слышала, кроме шуршания и топота их шагов по дороге, да Болд иногда принимался что-то бормотать себе под нос. Волк продолжал скулить, то и дело порываясь перейти на бег и гневно оборачиваясь, недовольный медлительными (с его точки зрения) спутниками.

Равнины по обе стороны были совершенно плоскими, как два блюда. То и дело виднелись далекие костры, вокруг которых сидели, скорее всего, торговцы из караванов, направляющихся из края Отверженных в Высокие Скалы или Тантон, последние города, еще сохранившие свою независимость. При виде караванов почему-то стало легче на душе — путники, наверное, сидят сейчас вокруг костра, привязав животных неподалеку, готовые защититься от разбойников. Ветер доносил запах дыма. Как приятно было бы направиться сейчас к одному из этих костров и выпросить убежища на ночь — и выспаться наконец под надежной охраной.

— Огонь слишком велик, — пробормотал Гобб, когда Зоркий Глаз снова замер перед ними и зарычал. — Смотрите! Это горят повозки!

Издалека через равнину донеслись крики. Судя по всему, где-то во мраке шел нешуточный бой. Шерсть на загривке волка встала дыбом. Он пригнулся, тихо, но яростно рыча.

Сиель напряженно вглядывалась в тьму. Вдали она разобрала странный силуэт, и впрямь напоминавший полыхающую повозку. Сиель выхватила стрелу из колчана, гадая, в кого предстоит стрелять. Неужели армия замка уже добралась до этих мест? Или же это люди Блейна напали на торговцев?