На следующее утро Бульбо напрочь забыл о Брендальфе и о том, что пригласил его к завтраку. Он вообще плохо помнил о назначенных встречах, если только не записывал их в своем модном органайзере. Например: «Позвонить сегодня в службу занятости». Однако накануне он был настолько увлечен бутылкой просроченного черничного бренди, что забыл записать, что пригласил Брендальфа к завтраку, каким бы фальшивым ни было это приглашение.

Было почти одиннадцать, когда послышался стук в дверь. Стук казался еще громче из-за дребезжания самой двери, которая не очень плотно прилегала к косяку. И тут Бульбо вспомнил! Он быстро кинул на сковороду несколько яиц, отрезал пару долек дыни и бросился искать шампанское. Не найдя шампанского, он решил подать к столу гадкое черничное бренди и поспешил к двери.

— Удивительная пунктуальность, Брендальф! — воскликнул он и тут же осекся, потому что на пороге стоял вовсе не Брендальф.

Это был гном с длинной черной бородой, как у джазового музыканта, заткнутой за ремень из дубленой кожи. Гном, не стесняясь, вошел в дом и представился: «Шмякин из КузнецБанка. Вот моя визитная карточка». Он протянул визитку, на которой было написано, что он входит в совет директоров КузнецБанка: «Банк кузнецов, шахтеров и горных инженеров. Обслуживает гномов, кобольдов и представителей других народностей с начала Второй Эпохи».

— Гм… Добрый день. Меня зовут Бульбо Банкинс. Видите ли, я тут жду одного старинного друга. Вам придется уйти, понимаете ли… Ух ты, а я тоже работал в КузнецБанке! Я был кассиром в Воббитоновском отделении.

— Как тесен мир, не правда ли? Мне кажется или тут действительно жарится омлет?

Бульбо тактично пропустил мимо ушей выражение «мир тесен», в котором явно чувствовалась издевка по поводу низких потолков в жилищах воббитов. Все его мысли были заняты тем, как бы спровадить отсюда незваного гостя, но тут снова послышался стук в дверь.

— Как же я рад, что ты наконец-таки пришел, Брендальф, — пробормотал Бульбо, открывая дверь, но Брендальфа там снова не оказалось.

Вместо него на пороге снова стоял гном. На этот раз гном был очень пожилой, с белыми, расширяющимися книзу бакенбардами. Он бесцеремонно прошел мимо Бульбо.

— Брякин, член совета директоров КузнецБанка, — буркнул он и протянул свою визитку. — О, я вижу, народ начинает потихоньку собираться.

«Что здесь происходит? — недоумевал Бульбо. — Что нужно этим гномам? КузнецБанк уже давно приказал долго жить, но, может быть, эти бывшие шишки знают банкиров, которые еще процветают. Может, стоит позволить им остаться и отнестись к этому как к возможности завести полезные знакомства? Если я снова окажусь в банковской сфере, то, по крайней мере, у меня будет медицинская страховка».

Когда Бульбо остался без работы, он продолжал делать взносы по страховке от КузнецБанка с помощью программы В.У.Р.Д.А.Л.А.К., но стоило ему это чудовищных денег. А что вы хотели от такого названия программы?

«Пожалуй, позволю им остаться и выпить чашечку кофе», — подумал Бульбо, но его тут же прервал Брякин:

— Мне «отвертку» и омлет.

Снова послышался стук в дверь. Как вы уже можете догадаться, это был не Брендальф, а опять гномы, и снова с визитками КузнецБанка. У них была дивная поросль на лице и странные имена: Чики и Пики.

— Нам, пожалуйста, тарелку пончиков, — заявили они с порога.

— Сейчас сделаю, — ответил Бульбо. — А у вас, ребята, здесь какое-то собрание? Может, для этих целей лучше подошел бы отель? Вниз по улице расположена Лучшая Самая Западная Гостиница, у них прекрасный лаунж. Вам бы там было хорошо.

— Где нож для нарезки ветчины? — спросил Шмякин.

— Сейчас-сейчас, — поспешил ответить Бульбо.

И тут в дверь снова постучали. Это были опять гномы, со смешными именами, визитными карточками, бородатыми физиономиями и разнообразными запросами насчет еды. Так продолжалось неизвестно сколько времени, и я думаю, вы будете рады, если я просто назову вам их имена и сведу к минимуму все сопутствующие диалоги. Итак, гномов звали: Рори, Тори и Гори, Гнойн и Блевойн, Бифи и Буфу, а также Толстяк.

Сразу за Толстяком следовал самый бесцеремонный и важный из всех гномов — не кто иной, как сам Председатель совета директоров КузнецБанка, — знаменитый Нудин Дуболоб. Толстяк слегка застрял в проеме двери, и Нудин налетел на него сверху. Получившаяся свалка из гномов в прихожей Бульбо могла бы показаться ему смешной, если бы происходила в чьей-нибудь другой квартире. Брендальфу, например, который явился в самую последнюю очередь, это зрелище доставило немалое удовольствие.

— Бульбо, дружище, смотреть на этих гномов забавнее, чем на Парад Эльфов! — сказал он и с озорной ухмылкой потыкал в них своей палкой, которую, в зависимости от настроения, называл то жезлом, то посохом. — Как же пить хочется, ей-богу! Что это у вас тут? Черничный бренди? Нет, благодарю. Мне, пожалуйста, односолодовый скотч, гленливет.

— И мне тоже, — сказал Нудин.

— А мне гленфиддих, — отозвался Бифи.

— Мне гленклоуз, [2] — заказал Буфу.

— Мне гленгарриглениросс, [3] — попросил Толстяк, — со слабогазированной водой, если можно.

— Тащи сюда лепешки, братец! — прокричал вслед Брендальф. — А также пончики и фаршированные блинчики!

«Интересно, если я улизну из дома через заднюю дверь, на сколько у них хватит терпения меня дожидаться?» — подумал Банкинс. Он редко принимал гостей, и вскоре вся его посуда, включая термосы, вазочки для цветов и декоративные тарелки со стен, оказалась в ходу. Бульбо пребывал в полном замешательстве.