Но все оказалось, иначе.

– До истории с наркотой, пожалуй, дело еще не дошло. Хотя… – Серебряков замялся, чем здорово рассердил Гармаша.

– Гена, – сказал тот раздраженно. – Если ты думаешь, что у меня до хера свободного времени, чтобы вот так разводить треп, то ошибаешься. Поэтому, говори, чего там, и не тяни. И так, во что вляпался Алексей?

– В общем, вчера вечером Алексей был в казино и там познакомился с вот этим человеком, – ткнул Серебряков пальцем в лицо человека сидящего с пасынком Гармаша сначала за игровым столом казино, а потом и за столом в ресторане.

– Ты знаешь, кто это? – немного сменив тон на более спокойный, спросил Гармаш, посчитав, что перегибает. В отношениях с преданными людьми он не позволял себе так разговаривать. И сейчас расценил это как непростительную слабость, от которой решил тут же избавиться.

Серебряков на вопрос шефа утвердительно кивнул, говоря:

– Да. Я хорошо знаю этого человека.

– Ну и кто же он? Серьезный человек? – уже совсем спокойно, своим обычным голосом спросил Гармаш, набираясь терпения и подозревая за всем этим какую-то интригу, которая вот-вот станет явной. Вот только станет ли от этого легче ему.

– Да как сказать. Он вор в законе, Леня Тыкалин по кличке Тяпа.

Соблюдая прежнюю уравновешенность в выражениях, Гармаш вздохнул и спросил:

– Вот как? И что же этому Тяпе надо от моего великовозрастного бездаря?

Серебряков покачал головой.

– Я осмелюсь поправить вас. Это вашему Алексею понадобился он.

– Да? – Гармаш удивленно вскинул глаза на Серебрякова.

Тот сдержано кивнул.

– Именно так. В казино Алексей проигрался и видя, что Тяпа при деньгах, познакомился с ним. Мы по возможности записали их разговор. Вот у меня диктофон, – положил Серебряков перед Гармашом маленький диктофон.

Гармаш незамедлительно включил его и прослушав до конца всю запись, изменился в лице. Теперь его лицо потеряло естественный цвет, сделалось бледным с сероватым помертвелым оттенком. По глазам легко читалась вся та неприязнь, которую он сейчас испытывал к пасынку.

– Гребанный щенок! Язык бы ему отрезать, чтобы не болтал лишнего. – Реакция на прослушанную запись, оказалась довольно болезненной, и чтобы как-то успокоить себя Гармаш схватился за сигареты.

– Это еще не все, – тихо добавил ко всему сказанному Серебряков.

– Есть еще что-то? – Гармаш дико округлил глаза.

– Есть, – согласно кивнул Серебряков. – У вашего Алексея в мобильнике оказывается есть фотографии той девушки из колледжа и он их показал Тяпе…

– Негодяй! Подлец!.. – Гармаш простонал как раненый зверь и не в силах сдерживать себя, ударил кулаком по столу. Молчал с полминуты, опустив голову, потом сказал жестко: – Вот что, Гена. Тяпу этого надо убрать и как можно скорей. Ты меня понял?

Серебряков вытер платочком вспотевший лоб.

– Игорь Леонидович, но Тяпа авторитетный вор в законе. В криминальных кругах может подняться шумиха. Начнут искать кто это сделал и могут выйти на нас.

– На тебя, Гена. На тебя, – упер свой палец Гармаш Серебрякову в грудь. – Моя фамилия не должна нигде фигурировать. Не дай Бог. А чтобы они и на тебя не вышли, сразу же как уберешь этого Тяпкина…

– Тяпу, – поправил Серебярков, произнеся это едва ли не шепотом.

Гармаш в запале махнул рукой. Ему было все равно Тяпа, или Тяпкин. Главное результат, а он должен быть таким, какой нужен ему, Гармашу. И он продолжил с обычной своей напористостью:

– Сразу же надо будет убрать и исполнителя. Чтобы ни одна живая душа не узнала, кто уложил этого Тяпу. Ты меня понял?

– Понял, – ответил Серебряков, и прямо тут в кабинете своего шефа начал обмозговывать, кто бы мог это сделать. Для такого дела надо было подобрать парня из новичков. Новичкам по барабану, на кого ствол наводить, особенно если за это пообещают хорошие деньги. И Серебярков вспомнил про молодого парня, который просился к ним в службу безопасности. Тот еще не прошел испытательный срок и официально был не оформлен. А значит и проблем с ним не будет. Он уже направился к выходу, но возле самой двери Гармаш остановил его.

– Постой.

Серебряков медленно обернулся, с покорностью уставившись хозяину в глаза.

– Вот еще что. Девчонку эту надо тоже убрать. От греха подальше. Ну её к лешему. Но сначала Тяпу. И побыстрей. А со своим пасынком негодяем я сам разберусь. Иди.

Серебряков молча кивнул и вышел из кабинета.

Через три дня авторитетный вор в законе Леня Тыкалин был застрелен недалеко от Курского вокзала, куда он приезжал, чтобы посмотреть как идут дела в его магазине. Убийца, молодой парень, на глазах у Ксении и татарки Фаины двумя выстрелами прикончил Леню. И скрылся. Тогда он не знал, что та девушка, которую он тоже должен убить, находится от него всего в трех десятках шагов. Как и не догадывался о своей скорой кончине. Он поехал в общежитие колледжа, но ему там сказали, что интересующая его девушка Ксения Лиманова больше у них не живет. Из колледжа она отчислена и отправлена домой на родину. Об этом он немедленно доложил Серебрякову, не зная, как теперь быть. Ехать черт знает куда, ему жутко не хотелось. Да и не пришлось, потому что в тот же вечер на окраине Москвы в сточной канаве был найден его обезображенный труп. Без документов, что создало огромные трудности сотрудникам милиции в установление личности.