— Это Луиза.

— Луиза, бедняжка, тебе придется как-то уживаться с Ребеккой. Ты тоже только что приехала?

Я огляделась и поняла, почему она спросила. Я не обустроила гостиную. Между тем Ребекка уже вовсю двигала мебель, скатывала ковер, ставила на один из двух письменных столов цветочный горшок — словом, в отличие от меня оживляла интерьер.

— Нет, я приехала чуть раньше, — наконец выдавила я хриплым и тусклым голосом, не желая признаваться, что живу в одиночестве уже почти неделю.

— О Боже, какая убогость! — Ребекка держала на вытянутых руках розовую подушку. — Ты только взгляни! Давай ее выбросим?

Это был своего рода призыв, обращенный ко мне. Первый акт совместного проживания. И я решила не спорить.

— Конечно, давай, — согласилась я не моргнув глазом, хоть сама выбирала эту подушку и она казалась мне симпатичной.

— Отлично!

Подушка пролетела по воздуху и приземлилась рядом с мусорной корзиной в углу. Я больше на нее не взглянула. Она уже не имела ко мне отношения.

— Мне в самом деле тебя жалко, — проговорила Аврил, обняв свою дочь за плечи. — С ней нелегко. Она любит, чтобы все было по ее.

— Уверена, Луиза такая же. — Ребекка сверкнула улыбкой, и я вымученно улыбнулась в ответ, чувствуя, как трепещет от страха сердце.

Она ни за что не станет со мной дружить! Забудет меня сразу, как только познакомится с остальными студентами. Увлечет всех, поведет за собой и очарует так же, как меня…

Хауорты продолжали носить и распаковывать вещи Ребекки, с веселой неиссякаемой энергией бегая вверх-вниз по лестнице. Я тоже включилась в работу — поднесла маме Ребекки несколько сумок и коробок.

— Твой родители помогали тебе распаковывать вещи? — спросил Джеральд, который отдыхал на лестничной площадке, сидя на подоконнике.

— Нет, но у меня не много вещей.

— Они тебя подвезли?

Он пытался выяснить, кто я такая, но я не собиралась ничего ему рассказывать, тем более правду.

— Я приехала поездом. — Юркнув в дверь, я оглядела совершенно неузнаваемую комнату. — Вау!

— Так намного лучше, правда? — Ребекка стояла подбоченившись и оценивала гостиную. Она убрала волосы назад и завязала их в хвост. В бледно-голубой рубашке поло и джинсовой мини-юбке, стройная, загорелая, длинноногая, она выглядела потрясающе. — Я взяла этот стол, потому что он ближе к моей комнате. Ты не против?

— Нет.

Она уже выставила серию черно-белых фотографий — в основном фрагменты архитектуры — и книги на маленькую полочку за своим столом. На столе, рядом с горшком, в котором росла миниатюрная роза, лежали тонкий ноутбук в стальном корпусе и стопка разноцветных тетрадей. Во всем — строгий порядок, немного пугающий и в то же время притягивающий. Мне захотелось стать такой же, как она. Чтобы у меня были любящие красивые и богатые родители. Чтобы они мной гордились и поддерживали все мои начинания.

Джеральд сжал Ребекку в объятиях, и я отвернулась, боясь выдать глазами свою зависть.

Ее отец взглянул на часы.

— Мы отведем тебя на обед и поедем. Смотри, питайся как следует, прежде чем перейти на фаст-фуд и выпивку.

Она шутя ударила его кулачком.

— Ты же знаешь, я не стану этого делать. Во всяком случае, постоянно.

Повисла короткая пауза. Я ушла к себе в комнату, пробормотав, что мне надо кое-что проверить. Открыв верхний ящик комода, я тупо уставилась в него, ожидая, когда они уйдут.

— Луиза, хочешь пойти с нами? — Аврил стояла в дверях за моей спиной. — Мы будем рады, если ты составишь нам компанию.

Ребекка маячила рядом с матерью, не глядя на меня, но прислушиваясь к разговору. Я ответила так, как, по моему мнению, она и хотела:

— Спасибо, но я не могу. Это ваш последний совместный вечер.

— Не говори глупости. Мы с ними уже наговорились. — Ребекка вытянула волосы из хвостика, тряхнула головой и опять завязала рассыпавшиеся по плечам волосы, улыбаясь мне простой теплой улыбкой. — Пожалуйста, пойдем! Ты приехала сюда чуть раньше меня и наверняка знаешь, где здесь можно вкусно поесть.

Я покачала головой, вновь почувствовав себя несчастной.

— Мы спросим у привратника, — твердо произнес ее папа. — В конце концов, всегда можно пойти в «Браунз». Во всяком случае, в мое время мы ходили туда обедать. Правда, я жил в том конце города.

Мы вышли из третьего квадрата. Я шагала позади Хауортов, слушая воспоминания Джеральда. Я уже без памяти в них влюбилась и отчаянно надеялась, что Ребекка позволит мне с ней дружить. Чтобы заслужить дружбу, придется сильно постараться, поставить ее интересы выше собственных. Но если все получится, я извлеку из этого пользу: Ребекка и ее родители многому меня научат, я стану другим человеком, взяв ее в качестве примера для подражания.