В 865–870 годах Олав совершил три похода в Шотландию и после смерти Ивара в 874 году был назван "Анналами Ульстера" "королем норманнов всей Ирландии и Британии". Возможно, это указывает на то, что норвежцы уже установили плацдарм для расширения своей экспансии на северо-западе Англии. В следующем году Хальвдан из Нортумбрии повел армию против Ирландии, "так как Ивар вторгся в Нортумбрию". Для последующих лет постоянными являлись военные походы двух королевств викингов в Дублине и Йорке друг против друга. Сигтрюгг, сын Ивара, в 892 году вторгся в Англию, но в 894 году возвратился в Ирландию и в следующем году был убит одним из своих людей. Смерть вождя чужеземцев вновь привела к подъему местного населения. В 901 году ирландцы захватили Дублин, а викинги вынуждены были перебраться на остров Мэн и в Шотландию. Благодаря одержанной победе, в течение следующих двенадцати лет Ирландия радовалась относительному миру под властью Кербхалла.

Викинги, возвратившиеся на эти земли в 913 году, в течение четырехлетней кампании вернули всю Ирландию и удерживали ее под своей властью до 980 года. Двумя великими королями в этот период времени стали Гудред (самый жестокий король норманнов), правивший до 934 года, и знаменитый Олав Кваран (который в действительности мог быть первоначально Хавлоком Датским). Он был родом из королевства Нортумбрия, являлся сыном Сигтрюгга Гали, который в 921 году стал правителем этого королевства, он также сражался в битве при Брунанбурге в 937 году. С 941 по 944 год и вновь с 949 по 952 год он правил в Йорке. Олав взял в жены дочь короля Лейнстера и через своего двоюродного брата находился в родстве с Мэлсехлайнном, королем Мита. Оказавшись вовлеченным в междоусобицу этих двух королей, он потерял власть. В 980 году войска Олава были разгромлены в битве при Таре, в которой также погиб его сын Рёгнвальд, а тремя днями позже сгорел Дублин. Олав уехал в монастырь на острове Айона, стал монахом и умер год спустя. Его падение не освободило Ирландию от викингов, и спустя девять лет сын Олава Сигтрюгг Шелкобородый стал королем в Дублине и принял участие (поддержав другую сторону) в старой междоусобице Мита и Лейнстера. Он был разбит Брианом Бору, королем Мунстера, в 1000 году. И тогда в 1002 году Ирландия впервые была объединена и перешла под власть ирландского короля. Бриан стал хорошим правителем и в его царствование во всей стране был мир в течение десяти лет (длительный срок для Ирландии). Он был ревностным сторонником культурного развития и тратил треть своих доходов, поступающих из Уэльса и Шотландии, на пожертвования в пользу искусства и школ. Но введенные тяжелые налоги (особенно на скот) подвигли население Лейнстера на мятеж против него. Разногласия предоставили удобную возможность для вмешательства в конфликт Шотландии, Уэльсу, Фландрии и Нормандии, а также Сигурду Дигри, который приплыл в Ирландию с Оркнейских островов. Битва при Клонтарфе, состоявшаяся в страстную пятницу 1014 года, окончилась великой победой ирландцев, однако в бою пали Бриан со своим братом, сыном и внуком, а также Сигурд. Но Сигтрюгг Шелкобородый в результате битвы все-таки взял Дублин; он царствовал двадцать лет, в течение которых продолжалось христианское пилигримство и набеги викингов. Было бы неверно представлять битву при Клонтарфе как подъем национального движения ирландцев против захватчиков. Битва оказалась столь прославлена в истории, поскольку в ней погибли такие великие люди, как Бриан и Сигурд, а стихи о знаменитом сражении даже были включены в сагу о Ньяле:

Письменные источники предоставляют нам только описания битв и при этом преувеличивают данные о численности армий и о размере дани. В них мы не находим свидетельств о том, что Дублин являлся норманнским центром Ирландии, и даже намека на процессы колонизации, которая могла происходить где-либо еще в Англии или на островах Атлантического океана. Отсутствие скандинавских топонимов вполне согласуется с этим фактом. Ограниченный характер относительно небольших гарнизонных сил викингов, расквартированных в Дублине и в других местах страны, а также то, что они довольно рано обратились в христианство, объясняют редкость захоронений, организованных по языческому скандинавскому обряду, в Ирландии. Известно только одно большое кладбище, находящееся на месте госпиталя Килмайнхэм в Дублине. Там были найдены около 40 мечей, в большинстве своем относящихся к IX веку, некоторые богато украшенные, а также 35 копий и 30 умбонов. Однако археологи обнаружили только шесть женских могил. Все погребения датируются IX веком и одно — началом IX века. Видимо, женщины находились в поселении при его основании.

В остальных местах Ирландии находки крайне разрозненны. В нашем распоряжении находятся только три рунические надписи, представляющие смешение норвежских и ирландских элементов. Одна находилась на портупее, найденной в Гринмаунте: "Дуфналл Тюленья голова владеет этим мечом"; другая — с каменного креста в церкви Киллалы: "Торгрим воздвиг этот крест", далее текст написан кельтским огамом: "Beandac(h)t (ar) Toreagr(im)" — "благословение Торгриму". Третья надпись: "Лир воздвиг этот камень; М… вырезал руны" найдена на острове, именуемом Бегиниш, Ко. Керри. Эти надписи датируются XI веком и свидетельствуют о полном слиянии к этому времени ирландцев и норвежцев. Археологический материал подтверждает часто довольно спорные данные письменных источников в том, что норманны удерживали Ирландию главным образом в качестве укрепленной базы для проведения с ее территории других операций и не пытались колонизовать ее; такая расстановка сил, возможно, послужила основой при описаниях вымогательств дани викингами у местного населения. Однако возможно, что норманнское поселение вообще не было постоянным на этой территории.

Самые ранние контакты Скандинавии с континентальными государствами, по-видимому, имели мирный характер и основывались на торговле. Правда, в нашем распоряжении есть свидетельства об одном или двух незначительных набегах скандинавских мореплавателей, но они являются исключениями. Торговая активность континентальных и скандинавских купцов постоянно росла, а параллельно ей развивалось миссионерство. Примерно в 700 году в Данию впервые была направлена миссия Виллиброрда, апостола фризов, который оставил Утрехт, чтобы проповедовать на Севере. В любом случае, даже если его миссия не имела большого успеха, она продемонстрировала осмотрительность церкви, а также ее интерес к Скандинавии.

Империя франков

В самом начале IX века империя Карла Великого в основном расширялась в северном направлении. После того как были побеждены саксы, граница государства проходила по Эльбе. Дания находилась от нее в опасной близости, поскольку вероятно, что Карл Великий не остановил бы свою экспансию на Эльбе. Готфрид — первый король Дании, которого можно считать реальным человеком, а не мифическим героем саг, как его предшественников. Впрочем, о нем самом, о характере его власти в королевстве известно немногое, так что мы не можем говорить о его внешней политике в современно понимании этого термина. Однако создается ясное впечатление, что за таким предприятием Готфрида, как, например, рейд против ободритов и их торгового центра — города Рерика, скрывается сознательно проводившаяся им оборонительная политика. В это время Карл Великий владел всем побережьем Фрисландии, а фризы были традиционными торговыми партнерами народов Северной Европы. Готфрид не удовольствовался добычей из разграбленного Рерика, но принудительно переселил торговцев оттуда в свой собственный торговый город, Слиесторп, и немедленно укрепил его коммуникации и южную границу с владениями Карла Великого. "Франкские анналы" следующим образом описывают его действия: "Он приказал, чтобы граница королевства против саксов была укреплена валом так, чтобы этот вал тянулся от восточного моря, которое даны называют Балтийским ("Восточная соленая вода"), до западного океана и мог защитить весь северный берег реки Эйдер; для проезда повозок и всадников через него устанавливались только одни ворота. После того, как работы по сооружению были распределены между военачальниками, он вернулся домой". Уважению датскому государю, проявленному в этом франкском описании, можно противопоставить иронию, с которой Эйнхард, биограф Карла Великого, намного позже (после 830 года) упоминал о Готфриде: "Он считал Фрисландию и земли саксов своими владениями, и, без сомнения, вскоре пришел бы в Аахен с сильной армией". Ирония, однако, относится не к исследуемым нами событиям. Первая реакция Готфрида на экспансию Каролингов не была исключительно оборонительной, как показывает его нападение на Рерик, а широкомасштабные мероприятия на границе были предприняты с намерением предотвратить переход скандинавской торговли под плотный контроль более могущественного соседа, обладавшего Фрисландией.

В 810 году Готфрид вторгся во Фрисландию с флотом в 200 кораблей, разгромил в трех отдельных сражениях береговую охрану, с большой заботой организованную Карлом Великим, и потребовал 100 фунтов серебра дани.

Когда в 814 году Карл Великий умер, он оставил своему сыну и наследнику Людовику Благочестивому могущественную империю. Ее защищал флот, стоявший на реках, и рекруты из числа жителей всего побережья, привлеченные для защиты государства, когда угроза нападения на страну данов стала очевидной. Вследствие этого одной из важнейших забот Людовика стало поддержание системы безопасности, которую организовал его отец. И это, видимо, ему удавалось, так как за период с 814 по 833 год только в 820 году викингам удалось напасть на империю. В этом году тринадцать кораблей появились у берегов Фландрии, но сразу же были обращены в бегство и понесли некоторые потери. Немного позднее, но также в 820 году скандинавы вошли в Сену, но, потеряв пять человек, вынуждены были уйти. Эти два происшествия, удостоившиеся упоминания в анналах, позволяют предположить, что в этот период масштабных набегов на территорию империи норманны не предпринимали. Викинги были прежде всего профессионалами-пиратами и после того, как удостоверились, что Людовик поддерживает систему береговой охраны, более не совершали нападений; когда она существенно ослабла в результате внутренних раздоров в империи, набеги возобновились. В 834 году на разграбление датскому флоту, который перед этим слегка похозяйничал на побережье, был отдан Дорестад, город неизмеримо богатый, в то же время незащищенный. Эта операция должна была убедить викингов, что в будущем они не встретят серьезного сопротивления; она ознаменовала начало более основательных набегов норманнов на империю франков, хотя мы не обладаем свидетельствами о их масштабных организованных вторжениях вплоть до смерти Людовика в 840 году. Пока сыновья последнего сражались друг с другом за империю, впервые датский флот под командованием Асгейрра вошел в Сену и сжег Руан, разграбив берега реки до самого монастыря Сен-Дени; в следующем году подвергся нападению Квентовик — главный порт в торговле с Англией. Таким образом, разграбленными оказались все три крупных торговых центра империи (Дорестад, Руан и Квентовик). В 843 году был атакован Нант, когда город оказался переполнен людьми, отмечавшими праздник Иоанна Крестителя. Викинги расположились на острове Нуармутье, как говорят анналы, "словно они решили остаться там навсегда"; остров был оставлен монахами после набегов норманнов в более ранние времена. Это первое упоминание о зимней стоянке скандинавов: хотя викинги были названы "вестфольдингами" с западного берега Осло-фьорда, более вероятно, что они приплыли к Луаре из своего королевства в Ирландии. Нуармутье был важным торговым пунктом, к которому приставали корабли из всех частей Европы, приплывавшие за солью и вином из долины Луары; теперь торговля там велась под флагом пришельцев.

Рис. 15. Карта торговых маршрутов викингов

После смерти Людовика его старший сын и будущий император Лотарь в качестве своих личных владений получил узкую полосу земель, протянувшуюся в середине Европы, от Италии до Фрисландии, зажатую между более широкими землями своих братьев, Карла Лысого на западе и Людовик на востоке. В своей неравной борьбе с ними он прибегал к вербовке наемников среди скандинавов, и очевидно, что в некоторых решающих сражениях обе стороны использовали отряды викингов. В смутных обстоятельствах тех времен, однако, вероятно, для норманна всегда более выгодным должно было быть проведение грабительских набегов на свой страх и риск, чем принуждение действовать просто в качестве сторонника одного из сыновей Людовика. Большинство викингов, которые прибыли на территорию империи, возможно, исходили из своих собственных расчетов. Так что возможной причиной, по которой Лотарь пожаловал остров Вальхерен во Фрисландии двум братьям — Харальду и Рорику, — стало стремление заключить союз против других норманнов и своих собственных братьев. Союз явился первым шагом на том пути, который привел к пожалованию Ролло Нормандии в 911 году. Харальд, вероятно, был не самым сильным претендентом на датскую корону, но в 826 году он крестился в Ингельхейме и получил в награду за свое обращение в христианство Рюстрингию в устье Везера. Определенно руководители норманнских походов зачастую были не простыми людьми. Хорек, король Дании, направил флот из 600 кораблей, который сжег Гамбург (где едва не был убит святой Ансгарий) в 845 году; в том же году Рагнар (возможно, это был знаменитый Рагнар Кожаные Штаны) провел вверх по Сене 112 кораблей. Система франкской береговой охраны более не была эффективной и Париж пал перед ним. Сочинение Эрментария Нуармутьеского, относящееся к 860-м годам, оставляет яркое впечатление об этих мрачных временах: