Перепуганная Муки взглянула на нас. Фран яростно замотала головой и зашипела:

— Ты вовсе не обязана идти.

Муки набрала в грудь побольше воздуха.

— Гм… Нет, — негромко произнесла она.

— Передай от нас привет Джастину! — пьяно заорала Фран.

Грохнула дверь — Аманда ушла.

Наступило молчание. Все смотрели в свои тарелки. Наконец Фрейзер тяжело вздохнул:

— Ребята, извините.

— За что, за твою женушку? Мог бы уже привыкнуть, — бросила Фран.

— Помолчи! — шикнула я на нее. — Все в порядке, Фрейз. Это просто нервы.

— Нервы, — процедил он. Мы следили за ним, затаив дыхание, но больше он не сказал ни слова.

— Скорее стервозность, — едва слышно пробормотал Энгус.

Нэш хихикнул.

— Давайте-ка лучше продолжим нашу игру. — И Алекс налил себе еще вина.

— Спасибо, мистер Чувствительность, — с нажимом сказала я.

— У нас сегодня не вечер, а состязание сладких парочек.

Алекс выразительно глянул на Фран, и она заткнулась.

Уголком глаза я заметила, что Нэш отважился подцепить кусочек салата.

— О господи! Лазанья!

Я ворвалась на кухню; за мной по пятам следовал Энгус. Когда я открыла духовку и оттуда вырвалось облако дыма, он с серьезным видом присел рядышком.

— По-моему, сейчас вполне подходящий момент, чтобы прихватить Фрейзера, — возбужденно прошептал он.

— Я тебе сколько раз говорила — не лезь ко мне с серьезными разговорами, когда я держу в руках горелую лазанью!

Энгус ухмыльнулся:

— Ты знаешь, о чем я. Поговорю с Муки — она на нашей стороне…

— Я больше ни на чьей стороне.

— Ой, брось.

— Не брошу.

Энгус и не думал обращать внимание на мои слова.

— Значит, надо его напоить и отговорить от свадьбы.

Я бухнула лазанью на стол. Она почернела и обуглилась по краям. Я принялась открамсывать горелые куски ножом.

— Это тебе что, «Миссия невыполнима»?

— Ладно тебе. Только посмотри, что она устроила. Готов спорить, у тебя самой мелькала в голове эта мысль.

— Энгус, никому на свете не дано знать, что происходит между мужчиной и женщиной. Думаю, надо просто оставить их в покое. По-моему, с ним полный порядок.

— С кем полный порядок? — поинтересовался Алекс, явившийся за вином. В дверях он пошатнулся, но тотчас ухватился за косяк.

— Это я про лазанью.

Алекс с подозрением посмотрел на обуглившиеся останки.

— Похоже, что у нее последняя стадия рака.

— Не переживай. Иди обратно.

Схватив очередную бутылку, Алекс нетвердой походкой вернулся в гостиную, откуда донесся смех Фран и Муки. Не иначе, про мою лазанью рассказывает, ублюдок.

Я отступила на шаг и окинула взглядом результаты своего рукоделия.

— Может, скормить это Нэшу, а остальным раздобыть пиццу?

— Гениальная мысль, — сладким голосом произнес Энгус.

— Я весь день угробила на эту сволочь.

— Знаю.

— И мускатный орех туда положила, и вообще все.

— Не расстраивайся.

Я вошла в гостиную и прочистила горло. Фрейзер с несчастным видом то разглядывал свой бокал, то прикладывался к нему, Нэш дружески похлопывал его по руке. Алекс сидел между Муки и Фран, хихикавших, словно парочка старлеток.

— Ну, давай, зайка, — настаивал Алекс, глядя на Линду. Цвет ее лица был устрашающего оттенка. — Просто скажи нам, кто это.

Лицо Линды, казалось, вот-вот взорвется.

— Правда, скажи, — подбадривала ее Муки. Все, кажется, позабыли, как Линду зовут.

Наконец она разжала зубы и едва слышно вымолвила.

— Рэйф Файнс.

Фран помахала своим бокалом.

— Нет, Линда, это должен быть кто-то скандальный, а вовсе не богатый, красивый, знаменитый, милый и…

— …ростом четыре фута девять дюймов [24] , — невинным тоном закончил Алекс.