Шрифт:
Да люди внизу, что тебя не поймут.
И здесь, вдалеке от советского рая,
От милых берез и отцовских могил,
Без Родины – нет, не живя, прозябая,
Молю об одном лишь: чтоб Бог нас простил…
2010
P.S.
Когда в небе ясном и звездном
Последний откроется путь,
Ты сам все поймешь, только поздно.
Ведь прошлого нам не вернуть.
Эмиграция (вторая волна)
"Позволь же, о родина-мать,
В сырое, в пустое раздолье,
В раздолье твое прорыдать..."
Андрей Белый
Судьба разбросала по странам далеким,
А дома нас ждали Сибирь, лагеря.
К кому обратиться с мольбой иль упреком,
Узнав, что вся жизнь была прожита зря?
Ведь выбора не было просто, поймите…
Во всем виновато то время, война.
И возгласы смерти стояли в зените.
И скорби рыдающей не было дна.
Вернуться назад было просто не в силах.
Хотелось согреться хоть чьим-то теплом.
Весь мир был в разрухе и братских могилах,
А здесь – магазины и бар за углом.
Но все же всех б'oлей наверно больнее
Тоска, (ностальгия) о том, что вдали.
Подумаешь, родина – домик в Сиднее,
Да тысячи миль до любимой земли.
2010
P.S.
Есть друг у меня, звать его – Шура.
Он часто любил повторять,
Что главное в бабе – фигура,
На все остальное – плевать.
Да, время такое, цинично
Мы к жизни относимся… Но!
Тебе что, совсем безразлично
Что видишь ты, глядя в окно?
Эмиграция (третья волна)
"Зачем, зачем тогда ты шёл
До ручки, до конца, до края!.."
Катерина Квитницкая
Как модно себя называть диссидентом
В стране дефицитов, застоя, нужды,
Что б слава неслась по пяти континентам,
А в пыли веков оставались следы.
Но их голоса были там неуместны,
Не очень ценила их Родина–Мать.
Так что ж оставалось? Лишь быть неизвестным
И жить, как другие, – терпеть и страдать?
А Запад манил их, дразнил ярким блеском,
Шептал сладострастно, свободу сулил.
Ну, сколько ходить можно строем советским,
Без чувств, без души, выбиваясь из сил…
Они получили все то, что хотели,
Не зная размеров реальной цены.
Так что же вам снится, когда вы в постели,
Солдаты слепые холодной войны?
2010
P.S.
Я тоже уехал бы с вами,
Испив боль и горечь до дна.
Но как не меняйся местами,
А все же – тюрьма ведь одна.
Эмиграция (четвертая волна)
"Это крик по собственной судьбе,
это плач и слезы по себе..."
Иосиф Бродский
Они уезжали навечно,
Не бросив и взгляда назад.
Они покидали беспечно
Россию, Москву, Ленинград.
И было им лучше – где больше
Заплатят за каторжный труд, –
В Америке, Дании, Польше…
Где доллары – там и уют.
А Родина, вера и совесть, –
Какие пустые слова.
Они пишут личную повесть,
А прошлое помнят едва.
Обжившись на новеньком месте,
Устроив – где можно семью,