— Я согласна, только надо оговорить условия моего проживания здесь.

— Мои предложения таковы, — начал Арт, — Мария Ивановна с завтрашнего дня переезжает сюда, занимает комнату на первом этаже, раз в три дня составляет список продуктов, которые я должен купить для приготовления нам пищи, когда я не в отъезде, готовит ее, убирает в доме и постоянно разговаривает со мной только на английском языке. Еще я бы хотел приобрести щенка немецкой овчарки, а то жить одной в доме, пока я буду отсутствовать, не очень приятно. Мы поселим его под крыльцом – там предусмотрено специальное место для собаки. Ну и кормежка щенка – тоже ее забота. Платы за проживание мне никакой не надо, те работы, что будет выполнять по дому и для меня Мария Ивановна вполне достаточно.

— Я согласна, — сказала Мария Ивановна, а Дарья Николаевна облегченно вздохнула, — только у меня будет одна просьба, нельзя ли мне взять с собой моего кота, я к нему очень привыкла да и ему без меня будет плохо – невестка его не любит.

— Можно, — сказал Арт, — только позвольте дать вам один совет, — не говорите сыну, что вы не платите деньги за проживание здесь, наоборот, скажите, что ради его счастья съехали от них и сняли комнату, но выписываться не будете, чтобы при получении квартиры они могли получить дополнительный метраж. И последнее пожелание, — мне не хотелось бы видеть в доме часто посторонних людей, особенно, когда я дома. Когда меня нет – я не против. Телефоном можете пользоваться без ограничений.

“Да он еще и очень умный человек”, — подумала Дарья Николаевна, уважение ее к Арту заметно возросло.

Мария Ивановна согласилась со всеми условиями Арта, сказала, что переедет сюда вместе с котом завтра около 10 часов утра.

Кроме того, Арт попросил Дарью Николаевну не заносить его домашний телефон в личное дело, чтобы как можно меньше посторонних людей могло с ним связаться.

После чего они распрощались и очень довольные решением обоюдных проблем расстались до завтра.

Вот и закончилось пребывание Арта в деревне. Ровно 30 дней он со своими согруппниками занимался уборкой морковки, картошки, капусты в совхозе Бугры во Всеволожском районе. За это время все успели перезнакомиться, хорошо узнать друг друга, а кое-кто и завязать более близкие отношения.

Несколько раз он связывался с Марией Ивановной по телефону, дома все было в порядке. Она ему сообщила, что купила двухмесячного щенка в клубе собаководов и теперь точно в соответствии с “Руководством по служебному собаководству” занимается его воспитанием.

На городских автобусах, снятых с маршрутов, студентов привезли в Ленинград с сельхозработ. Им было обещано три дня отдыха, 4 октября начинались занятия в институте.

Арт подошел к своему дому уже в темноте, в доме светились два окна. Пока он своим ключом открывал входную дверь, из-за нее раздавался заливистый лай Ворона, такое имя дали щенку в клубе, уже почуявшего гостя. Мария Ивановна, предупрежденная о дате приезда Арта, встречала его у порога. Но первым к Арту бросился щенок, весь черный, как смоль, он дружелюбно махал хвостом и пытался облизать его с ног до головы.

Артем снял верхнюю одежду и огляделся – было чисто, и везде царил порядок. Перед отъездом Арт смог пообщаться с Марией Ивановной только несколько часов, и она произвела на него хорошее впечатление. Сейчас его усадили за стол и предложили ужин – овощной салатик, макароны по-флотски и чай с выпечкой. Пока Арт ел, Мария Ивановна рассказывала ему, как они с Вороном тут жили. Кот Потапыч, не обращая никакого внимания на Ворона, лежал на диване и урчал. Практически новостей никаких не было – никто не приходил и не звонил. С продуктами в Ленинграде стало хуже, за черным хлебом и булкой стали образовываться очереди, в мясных магазинах тоже перебои с мясом. По словам Марии Ивановны, глухое недовольство в народе уже заметно. Надо бы на зиму купить мешка три картошки и других овощей – вдруг будет еще хуже.

Арт поблагодарил за ужин и пошел мыться под душ и спать.

“Все вопросы и проблемы – завтра!”.

Уже улегшись в постель, Арт вспомнил, что сегодня ему исполнилось 18 лет, он достиг совершенолетия. На этой линии жизни отпраздновать день рождения ему не удалось.

“Отпраздную в 1963 году”, — подумал он, засыпая.

Утром Арт вместе с Марией Ивановной составили список необходимых им продуктов на месяц. Холодильника у Арта не было. Поэтому впрок можно было закупить только крупы и макаронные изделия, да еще муку. Овощей решили закупить сразу столько, чтобы хватило до лета. В подвале было прохладно, и овощи вполне перезимуют. Арт сказал, что с мясом проблему решит.

“Буду небольшие куски раза два-три в неделю перемещать с первой линии жизни – там пока с этим проблем нет”- подумал он.

На рынок поехали вдвоем, так удобнее, один покупает и стаскивает все в одно место, другой караулит. Арт договорился с машиной, и они перевезли все покупки домой. В подвале по стенам были установлены стеллажи, и Мария Ивановна все аккуратно складировала. Арт в это время сходил два раза в магазин за крупами и макаронами.

После обеда Мария Ивановна поехала навестить сына, а Арт решил переместиться в 1963 год, по которому он уже соскучился.

Переместился Арт в 12 сентября в послеобеденное время. В коридоре его остановили соседи, интересовались похоронами Зары. Затем Арт позвонил Ане и предложил вечером сходить в кино, она с радостью согласилась. Он купил билеты, заодно купив четыре свиные отбивные на косточке, которые свободно продавались в магазине по сорок копеек за порцию, весом грамм 300–400 и килограмма два мяса с костью на первое для перемещения на вторую линию жизни.

Артем и Аня встретились у кинотеатра Арс на площади Льва Толстого. После кино они медленно прогулялись к дому Ани. Арт рассказывал о поездке в колхоз, а Аня – школьные новости. Арт пригласил Аню на празднование своего восемнадцатилетия 30 сентября, сказав, что время и место уточнит позднее. Расставаться им не хотелось, но время приближалось к девяти вечера, и Аню дома ждала строгая мама.