Шрифт:
– Еще полчаса, и будем на берегу.
– Здорово… – пробормотала она.
Линда почувствовала, что между ней и Заком появилась пропасть, которая становится шире с каждой минутой. Он стоял всего в паре шагов от нее – высокий, темноволосый и невыразимо далекий. Его глаза были устремлены на удаляющийся остров. Линда тоже взглянула на оставляемый клочок суши. С каждой минутой он становился все меньше и меньше, а чувство потери в ее душе – все болезненнее. Вот остров стал едва различим, и от напряжения, с каким Линда продолжала всматриваться в даль, у нее заболели глаза.
– Вам лучше спуститься вниз, мисс, там вам будет удобнее.
– Спасибо, я хочу остаться здесь.
Бородач пожал плечами и отстал.
– Ройс прав, тебе будет лучше внизу, – проронил Зак.
– Внизу меня обязательно укачает.
Эти слова положили конец короткому спору.
– Тебе надо обязательно показаться врачу, нарушил молчание Зак еще через пять минут. Я могу посоветовать доктора Льюиса, очень опытного врача. Он проследит за заживлением раны и посоветует, стоит ли обращаться к пластическому хирургу, чтобы избавиться от шва.
– В тебе явно проснулся профессионал, – не удержалась Линда от яда, чувствуя разочарование оттого, что Зак не предложил прийти на прием к нему.
Линда ощущала себя ребенком, которому посулили гору сластей и оставили довольствоваться жалким леденцом. Но Зак ведь ей ничего не обещал! Зак взглянул на нее, и Линда быстро «сбавила обороты».
– Хорошо, – бросила она и отвернулась, подставляя лицо ветру. – А твоя одежда? – спохватилась она. – Мне нужно вернуть ее тебе…
– Не стоит. Пусть это будет напоминанием о твоем приключении.
Она уставилась на свинцово поблескивающую воду, и ее мысли были точным подобием этих волн: серые, тяжело вздымающиеся и невеселые.
– Берег приближается, – оповестил ее Зак.
Линда обернулась и приложила к глазам ладонь «козырьком».
Берег стремительно приближался. На небольшой пристани она заметила несколько человек.
Что-то показалось ей знакомым, и Линда напрягла зрение, пытаясь разглядеть маленькие фигурки и невольно поеживаясь от нехороших предчувствий. А через некоторое время она смогла разглядеть поджидающих катер людей и похолодела. Ее родители! О Боже…
Линда не поняла, что последнюю фразу произнесла вслух.
– Что случилось?
Она бросила на Зака растерянный взгляд.
– Там мои родители, – беспомощно сказала она.
– Боишься взбучки?
– Только не начинай все заново! – Линда невольно вспыхнула.
– Хорошо, но разве тебе от этого будет легче?
Она отвернулась, чтобы не видеть выражение его лица, и проговорила куда-то в сторону:
– Если ты надеешься, что мне устроят нагоняй, то вынуждена тебя разочаровать. Мои родители никогда не позволят себе этого. Просто… – она запнулась, – я думала, что они не узнают об этом. Я так не хотела их волновать.
Линда была в таком состоянии, что не обратила внимания на пристальный взгляд Зака.
Она сосредоточилась на приближающихся фигурках И вот она уже на пристани, идет к родителям и, жадно и в то же время страшась, выискивает следы злости на их лицах. Она ясно различала беспокойство на лице матери и углубившиеся морщины на лице отца.
Нора обняла ее.
– Дорогая, ты нас так испугала!
– Прости, мама.
– Я очень рада, что с тобой все в порядке. А кто этот человек?
– Это Зак, он доктор и помог мне…
Линда вкратце рассказывала матери историю своих злоключений и одновременно с беспокойством наблюдала, как отец, убедившийся в целости и сохранности дочери, беседует с Заком.
Потом она взглянула на ожидающий ее автомобиль. Пора прощаться. Линда подошла к Заку.
– Пока, Зак.
– До свидания, Линда.
– Позвони мне как-нибудь. – Она дала ему листочек с записанным телефоном, который приготовила заранее, надеясь, что он попросит номер ее телефона. Он не попросил, и она лишилась толики гордости, навязав ему свой номер. – Меня уже ждут.
Линда повернулась и зашагала к машине, еще некоторое время чувствуя спиной его взгляд.
9
Как оказалось, все ее знакомые были уже в курсе того, что с ней произошло. Ее возвращение совпало с уикендом, и несколько дней Линда только и делала, что принимала посетителей и отвечала на телефонные звонки многочисленных друзей и знакомых. Кроме того, ей пришлось выдержать все чересчур эмоциональные «охи» и «ахи» Лиз и сделать все, чтобы успокоить расшатанные нервы лучшей подруги К середине недели она чувствовала себя изрядно утомленной.