Перед Олимпиадой он здорово натаскал физически своих подопечных, которые впервые оказались под прессом таких нагрузок. В итоге 22 февраля 1980 года «красной машине» противостояла по-спортивному злая, хорошо обученная, сочетавшая элементы силового канадского хоккея с комбинационным европейским стилем, а главное, голодная до побед сборная. «Наша команда в 1980 году сыграла в фантастический командный хоккей», – признавался в интервью бывший игрок американской сборной и «Миннесоты» Нил Бротен.

Зная, что от этого матча, скорее всего, не следует ожидать сюрприза, телекомпания Эй-би-си, освещавшая Олимпийские игры, даже не поставила трансляцию в прямой эфир. Когда игра началась, 10 тысяч болельщиков в едином порыве принялись размахивать флагами и скандировать «USA all the way!». Во время матча с советской сборной на трибунах висели разные плакаты, в том числе на русском языке. В некоторых из них, в оскорбительной форме, Советы настойчиво просили поскорее убраться из Афганистана.

Несмотря на гул, шум, свист в ледовом дворце, советская сборная быстро повела в счете, но американцы, в тот день костьми ложившиеся на льду, сразу же показали, что не собираются сдаваться. Их форвард Джонсон сравнял счет после грубой ошибки обороны и Владислава Третьяка. Самое обидное, что этот гол был забит всего лишь за секунду до перерыва. Защитники сборной решили, что время первого периода уже закончилось, когда Третьяк неудобно отбил шайбу впереди себя и на отскок шайбы никто не пошел, кроме американцев. «В мгновение ока Джонсон, оказавшись один на один с советским вратарем, сумел обыграть его кистевым броском. Но что это? Гол или не гол? Красный сигнал почему-то не горит. Однако судья указывает, что гол засчитан. Оказывается, красный фонарь не зажегся потому, что уже горел зеленый, показывающий конец периода. Потом выяснилось, что надо доиграть еще одну секунду. Русские уже покинули площадку. Арбитр вновь приглашает их на лед, хотя это просто формальность» – так трактовался этот эпизод в книге «Один гол», написанной американцами Пауэрсом и Каминским о Лейк-Плэсиде.

Доиграть секунду в первом периоде на лед вышли три полевых игрока и второй вратарь, тот самый Мышкин, чье имя гремело в Северной Америке после выдающейся игры на Кубке вызова в 1979 году. Впоследствии Тихонов сожалел об этом: «Я послушал тех, кто советовал мне после ошибки Владислава Третьяка на последней минуте первого периода заменить его на Владимира Мышкина. Потом я извинился перед Владиславом». Комментаторы заметили, что сборная после замены Третьяка на Мышкина потеряла уверенность, хотя по-прежнему доминировала на площадке. Второй гол в составе советской сборной забил Александр Мальцев. Но к тому моменту 30-й номер, малоизвестный американский вратарь Джим Крейг, потом так и не нашедший себя в НХЛ, творил в рамке чудеса.

Стало ясно, что исход противостояния решится в заключительном отрезке игры, на который сборная СССР выходила отнюдь не безоговорочным фаворитом. Настоящая паника началась в советской сборной после того, как на 8-й минуте третьего периода американцы забили третью шайбу, реализовав численное преимущество после сомнительного удаления Крутова, а вскоре капитан американской команды Майк Эрузионе вывел сборную США вперед. «После второго периода мы вели 3:2, и надо было собраннее действовать в обороне. Но тут между коньков Сергея Старикова проскакивает шайба прямо на клюшку американского нападающего и пролетает у меня под щитком», – вспоминал Владимир Мышкин. Ни наскоки, ни хаотичные атаки советских хоккеистов не приводили к успеху: шайба летела куда угодно, в каркас ворот, в защитников, в самого вратаря Крейга. Но только не в сами ворота. На последней минуте матча Мальцев, выйдя в звене с Михайловым и Харламовым, слева от ворот с неудобной руки, а затем с синей линии щелчком бросал в створ, но Крейг неизменно вставал на пути шайбы.

В последние секунды матча, когда все 10 тысяч американцев принялись дружно отсчитывать хором истекающие цифры, американский телекомментатор Эл Майклз сказал фразу, которая дала название самой игре и фильму о ней: «Вы верите в чудо? Я – да!» Американцы утонули в объятиях друг друга, камера выхватывала победно вскидывавших руки Хёрба Брукса и героя матча Крейга, а комментатор Майклз только успевал восклицать: «Невероятно! Нет слов!»

Итак, накануне одного из самых торжественных праздников – Дня Советской армии «красная машина» уступила не просто «идеологическому противнику», а команде американских студентов, прыгнувших выше собственной головы. Унынию советских мужчин не было предела. Лучшего подарка американцам и их мощной пропагандистской машине, начавшей называть СССР «империей зла», трудно было придумать.

«Miracle on ice!» – «Чудо на льду!» – так окрестили американские журналисты происшедшее в тот день. И хотя в заключительном матче советские хоккеисты разгромили шведов со счетом 9:2, это уже не помогло. Благодаря успеху в личной встрече на Олимпиаде победили американцы. Этот их триумф официально признан самым выдающимся спортивным достижением Соединенных Штатов в XX веке.

После окончания игры и тренеры, и игроки советской сборной находились настолько в шоковом состоянии, что оцепеневший Виктор Тихонов даже забыл пожать руку главному тренеру американской сборной. Хёрб Брукс, прославивший сборную США в Лейк-Плэсиде, трагически погиб в автомобильной катастрофе в Миннесоте летом 2003 года.

После победы американских хоккеистов в Америке началось нечто невероятное: коллекционеры гонялись за квитками билетов на этот исторический матч, скупая их по невероятной цене. О том, какое значение придается этой победе в США, говорит тот факт, что про нее в Голливуде в 2000-е годы снят художественный фильм, который так и называется «Чудо на льду». Победа «звездно-полосатых» американских хоккеистов живописуется в нем во всех красках. На роль Хёрба Брукса пригласили не кого-нибудь, а известного актера Курта Рассела. Виктор Тихонов в фильме изображен этаким бездушным тренером-диктатором, а русские хоккеисты едва ли не роботами, выполнявшими все его указания. Словом, типичный для Голливуда сюжет: патриоты Америки сражаются против чужестранцев. Только не с автоматами, а с клюшками в руках.

Воспоминание о черном дне отечественного хоккея в Лейк-Плэсиде и по сей день больная тема для участников той игры. Для отечественного хоккея само название местечка, «Лейк-Плэсид», стало именем нарицательным, обозначающим крупный спортивный провал. «Единственный раз мы и другие звенья отошли от своих принципов и проиграли. Это случилось в 1980 году на Олимпиаде. Ребята смотрели на хоккеистов, выходящих на лед, вопросительно: может быть, вы забьете? И ничего не получилось. Но это пусть печальный, но редкий случай», – говорил Борис Михайлов.