После того как местные хоккеисты оказали русским нешуточное сопротивление на родном льду, пессимизм канадцев стал сходить на нет. Спортивные журналисты Маккензи и Лакруа писали о том, что канадские хоккеисты буквально «казнят себя за то, что проворонили во время последней встречи в Ванкувере бросок Александра Мальцева, обернувшийся четвертой шайбой». Тренер канадцев Билл Харрис перед ответной поездкой всячески заводил своих игроков: «Теперь вы убедились, что русских можно одолеть. Для этого лишь нужно не расчехлять коньки за четыре минуты до финального свистка судьи». Канадская пресса называла вратаря Третьяка, нападающих Михайлова, Петрова, Харламова, Мальцева и особенно Якушева игроками мирового класса. Советские специалисты отмечали настоящую звезду в составе канадцев – Бобби Халла, а также ветерана Горди Хоу, которого «не берет время».

Прибыв в Москву, профи, в отличие от своих соотечественников, с опаской разместившихся в «Интуристе» двумя годами ранее, не искали «жучки» и шпионскую аппаратуру у себя в номерах. Во Дворце спорта «Лужники» они вели себя, как студенты перед экзаменом: выйдя на лед, сосредоточенно и молча катались по площадке непривычных для них больших размеров, словно слушая, как в тишине этого огромного пространства шуршат коньки. Напряжение в стане противника было заметно невооруженным глазом. Тренер гостей Билл Харрис даже не пошел на предматчевую конференцию, заявив, что ему «нужно продумать все детали матча и переговорить с игроками».

Но уже вечером 1 октября Большая ледовая арена «Лужников» напоминала встревоженный улей. Лишние билеты на игру стали спрашивать за два часа до нее. В официальной продаже их уже не было. Цена за билет начиналась от 10 рублей (почти три бутылки водки) и доходила до 50 – треть среднемесячной советской зарплаты. В отличие от предыдущей серии 1972 года большинство квиточков на игру разошлось «наверху». Или, как тогда говорили, по блату.

В зале, вмещавшем 11 тысяч зрителей, яблоку некуда было упасть. Канадцы выглядели искренне удивленными, когда перед игрой русские красавицы в национальных костюмах преподнесли им хлеб-соль. Александр Мальцев в Москве играл в сочетании с Анисиным и Викуловым. Второе и третье звено советской команды были перекроены из-за травмы Александра Якушева.

Пятая, она же первая московская, встреча серии превратилась в бенефис Мальцева, почувствовавшего особое вдохновение в игре на родной площадке в присутствии жены и близких. Первый свой гол нападающий забил на пятой минуте встречи с роскошной передачи Викулова, заставив еще больше нервничать и ходить взад-вперед за скамейкой, где сидели игроки, тренера канадцев Билла Харриса. Канадцы применили новую тактику игры. Зная о скоростных качествах советских хоккеистов, они нарочно замедляли темп атак, как писал в отчете о матче один из журналистов, «убаюкивая и гипнотизируя советских игроков».

На 17-й секунде второго отрезка, выйдя к воротам Третьяка, суперветеран Горди Хоу с передачи своего сына забил ответный гол. Команда СССР встрепенулась лишь в концовке второго периода, когда при розыгрыше большинства Александр Мальцев забросил свою вторую шайбу в игре, сделав счет 2:1. Сам игрок позже поблагодарил за гол Владимира Шадрина, который, выманив на себя защитника и вратаря, отдал пас на Мальцева. Этот непростой поединок в итоге завершился со счетом 3:2 в пользу сборной СССР, а Александр Мальцев и «любитель пива» – канадский вратарь Чиверс были признаны лучшими игроками встречи. «Если кого-то можно хвалить, так это в первую очередь Викулова и Мальцева, – признавался в своем интервью «Комсомольской правде» заслуженный тренер СССР Анатолий Тарасов. – Саша убедительно продемонстрировал: с таким скоростным маневром, с таким ярким индивидуальным мастерством, каким владеют наши ребята, канадцы ничего поделать не могут. Этот далеко не лучший матч советской сборной подтвердил мой давнишний тезис: наш хоккей сильнее канадского, он интереснее, современнее и богаче».

Александру Мальцеву был вручен памятный подарок – только что отчеканенная в Канаде олимпийская монета с символикой предстоящих в Монреале летних Олимпийских игр 1976 года. «Мальцев является одним из выдающихся хоккеистов, который обладает огромной скоростью, виртуозной техникой и умением находиться на самом острие позиции», – говорилось в отчете с этой игры в одной из североамериканских газет.

Неудачу своей команды канадский тренер объяснил тем, что «хоккеисты не успели перевести внутренние часы на московское время и не приспособились к широкой площадке». «Я просто не узнаю свою команду. Моих ребят, наверное, растрясло в самолете. Но я-то полагал, что мои парни – не нежные барышни», – произнес грустный Харрис. Тренер советской сборной Борис Кулагин в составе своей команды выделил тройку Мальцев – Анисин – Викулов, сказав, что от других звеньев нападения ждет гораздо большего.

На вторую игру московской серии канадцы вышли разозленными, не скрывая своего намерения отыграться. Однако их пыл с ходу остудило первое звено советской сборной. Борис Михайлов с передачи Валерия Харламова уже на 34-й секунде встречи открыл счет. Сборная СССР в эти минуты сыграла в своем привычном стиле, демонстрируя коллективный, комбинационный хоккей, не давая противнику и шанса, чтобы переломить ход игры. Второй гол стал результатом индивидуального прохода Валерия Васильева. Он начал рейд из своей зоны, дошел до владений противника и ложным движением, показав, что будет делать передачу, сильно щелкнул по воротам Чиверса.

Однако эта неудача не сломила канадцев. Сначала Уль в первом периоде забил первую ответную шайбу, а на 27-й минуте Горди Хоу сравнял счет. Правда, через две минуты Вячеслав Анисин снова вывел советскую сборную вперед. И опять гол был забит в результате многоходовой комбинации, доказав, что именно такая тактика способна привести к успеху во встречах с канадцами. Александр Мальцев не доиграл этот матч. В середине его он получил небольшое повреждение, и Борис Кулагин принял решение заменить его новичком сборной Сергеем Капустиным.