– Прости, я в то утро был очень рассеян.

– Это точно.

– Все из-за дела, над которым я работал. Поганенькое дельце. Но теперь все позади. Так когда мы едем обедать?

– Я вернусь в половине двенадцатого. Столик закажу по телефону, но выехать мы должны не позднее двенадцати. Чао!

– До встречи, дорогая.

Сбежав по каменным ступенькам, Джемма исчезла за дверью; в лестничной шахте еще не смолкло эхо ее шагов, а Дзен уже вернулся в квартиру.

Нужно было многое обдумать. Он прошел на кухню, разобрал кофеварку, сполоснул ее, потом составил тарелки и чашки в посудомоечную машину, где уже стояла посуда, оставшаяся с вечера, добавил моющее средство и включил. Чудесное изобретение эта посудомоечная машина! Запихиваешь в нее все, что нужно вымыть, час или около того слышишь ее умиротворяющее жужжание, потом открываешь – а там все сверкает чистотой. Ах, если бы существовало подобное приспособление для решения других жизненных проблем…

Не имея конкретных заданий, которые могли бы отвлечь от тревожных дум, Дзен закурил сигарету и нехотя предался размышлениям. Пока не доказано обратное, следовало считать, что визит якобы из газовой компании на самом деле был упреждающей акцией по установлению слежки со стороны врагов Бруньоли из Министерства обороны или даже из секретной службы. Если удостоверения и форма были фиктивными, значит устроители операции – специалисты высокого класса и располагают большими возможностями.

Наверняка они хотели подключиться к телефону и поставить микрофоны, соединенные с микропередатчиками. Единственный способ выяснить, так ли это, – вернуться в Рим, связаться с Бруньоли через оговоренный канал и попросить его отрядить бригаду специалистов по электронной безопасности, чтобы они тщательно проверили квартиру. Но это лишь подтвердит подозрения противника в причастности Дзена к расследованию. Лучше оставить «жучки» на месте и использовать их для передачи дезинформации.

Пронзительный звук, донесшийся откуда-то издалека, вернул Дзена к действительности. Это был его мобильный телефон, оставленный в пальто. Прежде чем ответить, Дзен вышел на лестничную площадку и закрыл за собой дверь.

– Слушаю.

– Доктор Аурелио Дзен?

– Да.

– Это Вернер Хаберль, врач, мы с вами встречались в Больцано несколько дней назад.

– Да, конечно. Как поживаете, доктор?

– Спасибо, хорошо. Прошу прощения за столь ранний звонок, но вы просили связаться с вами, если дело, о котором мы беседовали, получит дальнейшее развитие.

– Разумеется. Можно ли вам перезвонить – я сейчас разговариваю по другому телефону?

– Без проблем, я все утро здесь. Запишите мой прямой номер.

Дзен записал и закрыл крышку телефона, отметив про себя, что впредь этим аппаратом нужно будет пользоваться с чрезвычайной осмотрительностью. Если они не пожалели сил, чтобы начинить квартиру «жучками», то уж мобильный отслеживают наверняка.

Пять минут спустя он шел по виа дель Фоссо. Начал накрапывать дождь, вокруг не было ни души. Дойдя до угла, Дзен повернул налево, к церкви Сан Франческо, остановился у табачного киоска, купил пачку «Националь» и телефонную карточку. Зашел в будку автомата на противоположной стороне улицы, вставил карточку и набрал номер. Пока шло соединение с Больцано, он оглядел улицу и не заметил ничего необычного.

– Алло.

– Герра доктора Хаберля, пожалуйста, – попросил он по-немецки.

– У аппарата.

– Это Аурелио Дзен, доктор. Простите, что не смог говорить, когда вы позвонили. Так что вы хотели сказать о нашем друге из туннеля?

– Я только что узнал от своего коллеги, что в больницу звонил человек по имени Нальдо Ферреро. Он заявил, что имеет юридическое право на получение тела, и хотел узнать, что ему нужно сделать. Когда мой коллега сообщил, что труп больше не находится в больнице, Ферреро заметно разволновался и пригрозил подать официальную жалобу в полицию. Тогда ему объяснили, что именно полиция-то и изъяла тело.

– О каком юридическом праве он говорил?

– Вот-вот, именно это, полагаю, и может вас заинтересовать. Ферреро сказал, что он – сын покойного.

Дзен несколько секунд молчал.

– Он оставил телефон для связи?

– Да-да, мы все записали. Мы всегда это делаем, прежде чем начать разговор. У вас есть под рукой карандаш и бумага?

Дзен записал адрес и телефон заявителя и горячо поблагодарил Вернера Хаберля за сотрудничество. Потом нажал на рычаг телефона и снова оглядел улицу. Как и прежде, все выглядело совершенно спокойно. Он набрал другой номер. Только после двенадцатого или тринадцатого гудка ему ответил усталый женский голос:

– «Ла Сталла».

– Могу ли я поговорить с Нальдо Ферреро?

– Одну минуту.

Дзен услышал, как она положила трубку рядом с аппаратом и крикнула: «Нальдо!» С карточки утекло больше половины кредита, прежде чем на другом конце провода послышался мужской голос.

– Да?

– Доброе утро, сеньор Ферреро. Я по поводу вашего покойного отца. – Он сделал паузу, но ответа не последовало. – Я из страховой компании, – продолжил Дзен. – Дело в том, что возникли сомнения относительно времени и характера смерти вашего отца. Был бы вам весьма признателен, если бы вы уделили мне полчаса для выяснения этих и некоторых других вопросов. Речь идет о крупной сумме денег.