- Как?
– прохрипела Вера, показывая на живую и здоровую Вампирессу.

 Матвей неуверенно показал окровавленную руку.

 - Она тебя укусила?
– застонала Вера.

 Гелиот перевел взгляд на Вампирессу, та уверенно замотала головой.

 - Нет, Вера, все хорошо, - успокаивающе сказал Матвей, - я сам себе руку рассек камнем и напоил Вампирессу. Провел реанимационные действия. Зато теперь знаю, как возвращать к жизни вампира, - попытался пошутить он, но шутка не прошла. Вера только нахмурилась сильнее.

 Гелиот развернулся к Вампирессе.

 - Ну что, - будто ничего не случилось, спросил он, - Мы достигли желаемого? Вампиресса теперь принадлежит самой себе, сила ее покинула?

 - Надо проверить, - севшим голосом отозвалась Вера. Она, шатаясь, встала на ноги. – Матвей, дай книгу.

 Подставка от книги оказалась вдребезги разбита, а книга лежала в луже воды. Матвей поднял ее и высушил. Вера протянула к ней руки, но сил держать том не было. Дрожащими пальцами она стала перелистывать страницы книги в руках Матвея.

 Гелиот направился к Вере. При его приближении Матвей встал вперед, закрывая ее собой.

 - Матвей, ты бы рану свою залатал лучше, - бесцеремонно отодвигая его с пути, кинул Гелиот. Он ловко перехватил книгу из его рук и уверенно зашелестел страницами в поисках нужного наговора.

 - А то тут вампир, еще не справится с собой и кинется на тебя. Один раз повезло, другого может не быть.

 Матвей хотел возразить.

 - Да не нужна мне твоя Вера! – зло оскалился Гелиот, - Я просто больше ей не верю.

 - Матвей, убери кровь, - закашляла Вера.
– Гелиот прав.

 Вампиресса встала с пола и отошла подальше от троих Кронов. Запах чистой крови Матвея и биение их сердец, сводили ее с ума. Ближе к дубовым дверям стало легче, меньше запахов, больше свободного пространства. Вампиресса устало опустилась на мягкий диван у стены.

 Обряд «Ринуации» прошел плачевно для правителей Кронов. Вера в растрепанной одежде еле стояла на ногах с дрожащими руками. Следы от рук Гелиота на шее с каждой минутой выступали все больше. Матвей был весь в крови от многочисленных столкновений со стенами зала, с подпитой губой и бровью. Вампиресса изнывала от жажды. Ее волосы и одежда были мокрыми.

 Происходящее в зале только Гелиота будто не затронуло. Все так же наглухо застегнутое пальто, начищенные туфли, и от царапин на лице не осталось и следа.

 Матвей опустил руку в лужу воды под ногами. Рана быстро затянулась, не оставив и следа. Послушные воды собрали все остатки крови на полу и сквозь щели в камне утекли прочь.

 Гелиот тем временем отыскав нужную страницу, развернул книгу к Вере.

 - Да, все верно. Смотри, - Вера провела рукой по строчкам.
– Есть простое заклинание, можем проверить?

 Она вопросительно подняла на него глаза.

 - Хорошо, проверь, - разрешил Гелиот.

 - Кроны отзовитесь, - просто произнесла Вера.

 Сотни голосов, готовых служить, разрезали пространство.

 - Оверетти, – сказала Правительница.

 Наступила тишина и ничего не произошло. Вампиресса, закрыв глаза, сидела, облокотившись на спинку дивана.

 – Ее нет среди Кронов! – провозгласила Вера.
– Все получилось, Гелиот!

 Вера развернула голову в сторону Вампирессы. Она была на том же месте, ее лицо было очень бледным.

 - Вампиресса теперь свободна! Она должна уйти! – с нажимом произнесла Вера.

 «Ее надо выпроводить как можно скорее, или вся эта затея все-таки закончится плохо», - думала она.

 Бледное лицо Вампирессы говорило о том, что она голодна.

 - Пойдем Вампиресса, - позвал Гелиот. – Нам здесь больше нечего делать.

 У Вампирессы совсем не было сил. Их все она отдавала на борьбу со своими инстинктами.

 - Я так устала, - прошептала она.

 - Я знаю, - отозвался Гелиот и без страха протянул ей руку.

 Подойдя ближе к Гелиоту, на этот раз Вампиресса вложила в его руку свою. Боковая стена отъехала в сторону, открывая тайный проход.

 - И кстати, Вера я ухожу! – произнес Гелиот.

 Она вопросительно подняла на него глаза.

 - Совсем и навсегда! Я больше не буду служить ни тебе, ни твоему народу!

 Наступила пауза. Вера не могла придумать, что же ей все-таки сделать: запретить ему уходить или отпустить?

 - Валага бы гордился тобой, - наконец, произнесла Вера. – Он мне всегда говорил, что ты не умеешь любить, - она скользнула взглядом по Вампирессе.