–  Ты говоришь, связь с начальством оборвалась, - Ярослава медленно встала и повернулась к Дмитревичу.

–  Да. Как только эта… мочалка нас обволокла.

–  Болеслав, ты уже сделал то, о чем мы договаривались?

–  Э, - замялся Пришивало, - ситуация за бортом знаешь ли…

–  Ситуация как раз благоприятна для задуманного, - перебила его Ярослава.

Пришивало отправился в угол салона и прикладом автомата начал вышибать какую-то металлическую крышечку на стене. Экипаж сразу забеспокоился, а один из солдат, экипированный в одежду из нанотрубок, потянулся к оружию. Ярослава сразу же вышла в центр салона, подняла руку с перчаткой и остерегающе на него посмотрела.

–  События развиваются именно в той последовательности, в какой они и должны были развиваться, - ледяным тоном произнесла она.
– Я не гарантирую безопасности, но шанс выжить для всех нас значительно возрастёт, если мы сможем действовать независимо от вашего руководства, которое сейчас находится на поверхности и в любой момент может уничтожить танк легким движением руки.

Металлическая крышка отлетела в сторону, звонко ударившись о пол, а Пришивало отбросил в сторону автомат и начал копаться в проводах, скрывавшихся до селе в стене.

–  Дмитревич, - Ярослава медленно подошла к его рабочему месту, - что мох может сделать с танком? Точнее, не мох, а эта…

–  Мочалка, - подсказал Дмитревич.

–  Мочалка, - повторила она, - она как-то воздействует на танк?

–  Во-первых, она его обездвижила, - затараторил Дмитревич, - во-вторых, датчики зафиксировали многочисленные микропроникновения в броню. Через пару часов…

–  Связь с колонной есть?
– перебила его Ярослава.

–  Нет.

–  Система охлаждения только в колонне?

–  Нет. Резервная есть в танке, но азота в нём… минут на десять и то, смотря какая температура за бортом. Её смонтировали только для того… Короче, если вдруг что случится из ряда вон выходящее.

–  Как и сейчас. Вот и включай её.

–  То есть?

–  То и есть! Включай эту резервную систему охлаждения.

–  Но температура за бортом не высокая, зачем!?

–  Затем что её нужно включить! Дмитревич, твоё дело нажимать на клавиши, - думать буду я и Болеслав Андреевич.

–  Всё, готово!
– запыхтел в углу Пришивало.
– Что там у вас.

–  Я так понимаю, резервная система охлаждения танка тоже работает на основе жидкого азота?

–  Да, - следователь пытался вникнуть в ситуацию, - а что?

–  Как я до этого сам не додумался!?
– воскликнул Дмитревич.
– Азот заливает корпус танка, и всё в сантиметрах двадцати от него замерзает, включая мочалку.

–  Дмитревич, ты главное на клавиши жми.

Почувствовался небольшой толчок. Танк медленно двинулся.

–  Да не цацкайся ты с ней, - скривилась Ярослава.

–  Не понял, - Дмитревич не отрывался от мониторов.

–  За нами ещё должна пройти колонна, если они, конечно, до сих пор живы. С имеющимися успехами мы только «прорубаем» тоннель внутри самой мочалки. Давай избавимся от неё полностью. Металлической рукой ты управлять можешь?

–  Э… манипулятором?

–  Манипулятором.

–  Могу.

–  Ну, так развороши ёмкость с азотом - ещё лучше будет, если она взорвётся.

Мониторы засветились. В тусклом свете стали видны волокна, составляющие мочалку. Дмитревич вопросительно посмотрел на Пришивало.

–  Делай, что говорят, - одобрительно кивнул тот.

Дмитревич засунул руку в перчатку, отвечающую за управление манипулятором. На экране одного из компьютеров появился баллон, прикреплённый к броне танка железными скобами, а секундой позже и сам манипулятор. Железная кисть обхватила ёмкость и начала её сжимать. Струйка газа вытекла на волокна мочалки, и те моментально обледенели.

–  А теперь из пулемёта в те места, где мочалка замёрзла разрывными, - встрял Пришивало.

Как только большая часть мочалки была уничтожена, оставшиеся волокна начали съёживаться и превращаться в тёмную жидкость, стекавшую по бортам машины. Экипаж танка восхищённо смотрел на Ярославу, понимая, что она спасла их жизни.

–  Чего уставились?
– нарушила молчание Ярослава.
– Дмитревич, жертвы?

Дмитревич застучал по клавиатуре.

–  Нет!

–  Полный вперёд!

Танк двигался несколько дней, но мох, толщина которого уменьшалась с каждым километром, агрессивности не проявлял.

–  Похоже, мочалка была его последним оружием, - произнёс Пришивало, когда они ехали по одной из проплешин, всё чаще попадающихся в последнее время на пути.

–  До теплового барьера - да, - уверенно сказала Ярослава.