— Вань, а если он секс предложит, что делать?

— Анечка, ты взрослый человек… И потом, насколько я знаю, со своим последним бойфрендом ты рассталась четыре месяца назад. Так что, если он тебе понравится — соглашайся.

— А если не понравится?

— Тогда не соглашайся.

Я заправила рубашку в джинсы, подумала, не освежить ли макияж, но потом махнула рукой — и так сойдет, невелика птица.

Мы вышли на улицу, сели в мою машину и двинулись в сторону Белорусского вокзала.

В нужном нам дворе машин было наставлено столько, что нам не удалось нигде приткнуться. Пришлось выехать на тихую улицу и припарковаться у обочины. Это шло вразрез с нашими планами. Мы-то предполагали, что Иван будет дежурить у подъезда и в случае форс-мажора мне не нужно будет далеко бежать. Отсутствие парковочных мест в непосредственной близости от входной двери сильно осложняло ситуацию. Теперь «в случае форс-мажора» мне, чтобы добраться до машины, предстояло обогнуть дом и мчаться через палисадник.

Я поделилась сомнениями с Иваном. Немного подумав, он предложил следующее: если мне придется поспешно покидать квартиру Ильи-2, я должна буду набрать Иванов номер. Чтобы не мучиться, я тут же позвонила ему на мобильный, дабы в минуту опасности сразу нажать кнопку вызова и попасть куда нужно. Получив мой сигнал, он немедленно взводит пары, заезжает во двор и встает на вахту у двери в подъезд, предусмотрительно держа открытой заднюю дверцу. Я выбегаю, запрыгиваю в машину и… Мы быстро уезжаем.

В принципе, можно было уже идти к подъезду, но я продолжала сидеть, вцепившись руками в руль. Мне было страшно. Ванька понял мое состояние:

— Ань, ну хочешь, я провожу тебя.

— До подъезда?

— Могу и до квартиры. Я эти дома знаю, там из лифта выходишь, налево дверь, которая ведет в общий коридор, а направо — дверь на лестницу. Я доеду вместе с тобой на лифте, ты пойдешь звонить в квартиру, а я постою на лестнице. Если все в порядке, я спускаюсь вниз, и далее мы действуем по плану.

Часы показывали половину одиннадцатого. Обычно в это время на улице попадаются хотя бы собачники со своими питомцами, однако в этом дворе не было ни души.

— Ты не находишь, что в воздухе чувствуется что-то зловещее? — спросила я своего спутника.

Ванька с шумом втянул в себя изрядную порцию здешнего воздуха и согласился:

— Да, запашок не очень. А, понятно. Видишь, — он ткнул пальцем в открытый, но предусмотрительно огороженный люк, — у них что-то с канализацией. Боюсь, что секса у тебя сегодня не будет. Очень возможно, что у этого типа сейчас отключена горячая вода.

— Ты, дружище, не забыл, часом, зачем я туда иду?

— Я пошутил — тебе же нужно поднять боевой дух.

Не хотелось его огорчать, но подъема боевого духа не произошло.

— Знаешь, — вдруг заговорил Иван, — пожалуй, нам надо идти вдоль стены. Мы же не знаем, куда у него окна выходят. Вдруг он сейчас в окно смотрит?

Мы закрыли машину и осторожно двинулись через палисадник к дому.

— Самое смешное будет, если сейчас кто-нибудь из соседей, живущих на первом этаже, выглянет в окно, заметит нас и вызовет милицию, — бросил реплику Иван.

— Господи, об этом мы не подумали. Давай быстрее.

Никем не замеченные, мы добрались до двери подъезда. Я порылась в кармане и достала бумажку с номером квартиры.

— Ну, все, — я сделала глубокий вдох и набрала две цифры.

Домофон звонил, но никто не спешил открыть дверь. Я слегка воспрянула духом: похоже, Илья-2 заснул, или уехал куда-то, не дождавшись меня, или просто дал не свой адрес. Не судьба… Я было открыла рот, чтобы оповестить Ваньку об отмене операции, как вдруг в динамике что-то щелкнуло и низкий мужской голос произнес:

— Да?

— Я приехала…

— Супер…

Судя по интонациям, особого восторга по поводу моего визита Илья-2 не испытывал, однако домофон начал пищать — мой невидимый собеседник открыл дверь.

Мы вошли в подъезд. Внутри оказалось до-вольно чисто, цветочки на подоконнике, в углу стеклянная конструкция типа будки. Здесь по идее должен сидеть консьерж, но в будке никого не было.

— Какой этаж? — шепотом спросил Иван.

— Двенадцатый, — тоже шепотом ответила я.

— Мне с тобой подняться?