Шрифт:
Теперь наступила очередь Джейн посмеяться.
– Ну, тогда желаю тебе удачи. Еще одно, говоришь? Можно перефразировать Оскара Уайлда под наш случай. Если у женщины один преследователь – это беда. Если двое – это уже некоторая беспечность. [7]
Анни засмеялась.
– Оскар Уайлд, говоришь?
– Я играла его пьесы в любительских спектаклях и была особенно хороша в роли мисс Призм. Зал умирал со смеху.
– Не сомневаюсь.
– Ладно, мне пора идти. Слушай, заканчивай свою бумажную волокиту и давай сюда. Нам помощь не помешает.
7
Речь идет об известном афоризме Оскара Уайлда: «Лишиться одного из родителей – несчастье, но сразу обоих – некоторая беспечность».
– Посмотрим.
Они попрощались, и Анни повесила трубку. Она снова откинулась на спинку кресла и задумалась над имеющимися вариантами. Побыстрее покончить с оформлением бумаг этой, по-видимому, фантазерки, только отбирающей время у полиции, после чего присоединиться к группе Фила. Или же более тщательно проверить жалобы Сюзанны Перри.
Она еще раз просмотрела свои записи, и пальцы ее забегали по кнопкам клавиатуры.
Она искала координаты Энтони Хау.
Глава 15
Фил чувствовал себя охотником за привидениями. В квартире Джулии Миллер витала какая-то смертельная пустота, безысходное ощущение прерванной жизни. В воздухе, словно тяжелая пыль, висели печаль и чувство утраты.
Это был один из тех моментов, которые он больше всего ненавидел в своей работе. Он мог обезвредить размахивающего ножом пьяного или усмирить мужа, набросившегося с кулаками на жену, – нет проблем. Он мог постоять за себя в суде, выступая против какого-нибудь ушлого адвоката, пытающегося спровоцировать или унизить его. Он даже мог написать целое море дурацких рапортов и ходить для галочки на всякие тупые тренинги. Но когда он должен был стоять вот так на развалинах чьей-то жизни и при этом еще пытаться найти какой-то смысл в гибели человека, его охватывала тяжелая депрессия. Оставляя без ответов все его вопросы.
Фил закрыл глаза и постарался отогнать эти мысли. Они не могли помочь ему разобраться в том, что здесь произошло, и поймать убийцу Джулии Миллер. То есть выполнить свою работу.
– Значит, Джулия пропала уже неделю назад, начиная с прошлого четверга, – сказал он.
– Она считается пропавшейнеделю назад, начиная с прошлого четверга, – сказала Роза Мартин. – Об исчезновении заявила ее мать, которая живет в Стенуэе. За день до этого Джулия не вышла на работу. Пропустила несколько назначенных встреч. В ее личном деле был записан номер телефона родителей. Им позвонили с работы и спросили, не заболела ли она. Родители ответили, что нет. А потом позвонили в полицию, и это дело попало к нам.
– Вы все проверили? Двери, окна…
– Да. – В голосе ее прозвучала нотка раздражения. – Записи с камер видеонаблюдения. Поквартирный обход близлежащих домов. Показания соседей. Я, знаете ли, профессионал.
Фил покраснел.
– Простите. Я ничего не имел в виду. Просто должен был спросить об этом.
Роза кивнула. Подождав несколько секунд, она продолжила:
– Я знаю. Мы тогда тоже ничего не могли понять. Все выглядело так, будто она просто… исчезла.
Фил оглядел комнату, словно рассчитывал найти какие-то ответы на стенах.
– И никто ее не видел?
– Никто.
– А соседи сверху? Снизу? Ничего не слышали?
– Соседи снизу сказали, что ничего не слышали. А соседи сверху, по словам консьержа, уехали в отпуск.
Он вздохнул.
– Давайте посмотрим еще раз. Может, удастся заметить что-то необычное.
Они находились в гостиной. Фил старался не обращать внимания на жестокую иронию, звучавшую в названии этой комнаты, [8] учитывая, что ее хозяйка мертва. Обстановка была довольно скудной, но казалось, что мебель специально подбирали, чтобы не нарушить мягкую бежевую гамму стен и потолка. Диван чуть более темного оттенка бежевого был накрыт ярким покрывалом. На подобранном в тон бежевом ковре лежала разноцветная дорожка. На стеклянной тумбочке у стены стоял телевизор с плоским экраном и DVD-проигрыватель, рядом – небольшой музыкальный центр с подключенным МР3-плеером. В углу комнаты расположился книжный шкаф из светлого дерева, полки которого были полупустыми: на них было мало книг и декоративных безделушек, словно жизнь только начиналась и их заполнение было еще впереди.
8
Игра слов: гостиная ( англ. living room) – дословно переводится как «жилая комната».
Ощущение прерванной жизни усугублялось гнетущими следами предыдущего посещения полиции. На подоконниках и дверных рамах, там, где снимались отпечатки пальцев, виднелись остатки порошков – серебристого, белого и черного. Мебель и все вещи явно переставлялись, и их должным образом не вернули на прежние места. Мрачную картину дополняли задернутые шторы на окнах.
– Проверьте полки, – распорядился Фил. – Поищите, может быть, там есть дневник или еще что-то в этом роде. Альбом с фотографиями… Да что угодно.
– Мы это уже делали, – ответила Роза.
– Да я знаю, – сказал Фил. – Но тогда вы искали пропавшего человека. А я ищу убийцу. И раздвиньте шторы, впустите в комнату свет.
Фил прошел в кухню. Она была чистой и по большей части аккуратной. В сушилке для посуды стояла одинокая чашка, внутри нее пятнами засохли остатки кофе. Он заглянул в посудомоечную машину. Там осталось несколько грязных тарелок.
Он пошел по другим комнатам. Нашел спальню. Спальни в таких случаях были для Фила еще хуже, чем жилые комнаты. Жилые комнаты были предназначены для посторонних глаз. А в спальнях не было никаких секретов. Ничего не утаивалось.