— Ну, если ты так ставишь вопрос… — промямлил новоиспеченный супруг.

— А как же иначе? — с жаром ответила Юлия. — Послушай, Улла, будь умницей. Ты лучше всех знаешь, как трудно таскать грудного ребенка из одного городка в другой, когда кругом страшная духота и влажность!

— Чтобы увезти ребенка из страны, недостаточно купить билет на самолет, — возразила Улла. — Нужен паспорт и разрешение родителей. Или ты думаешь, что я смогу пронести ее на борт в спортивной сумке?

— За документами дело не станет. Ты только присматривай за Хельгой и не забывай говорить, что мамочка ее любит.

— И как я, по-твоему, это сделаю?

— Придумаешь что-нибудь. Я бы не доверила ребенка незнакомому человеку. В конце концов, у тебя есть диплом. Ты все время имеешь дело с детьми, в том числе и с грудными… — Юлия сделала глубокий вдох, а потом выложила на стол козырную карту. — Улла, подумай как следует! Тебе нужно отдохнуть от этого круглосуточного магазина, который ты называешь работой. Ты нуждаешься в отдыхе больше всех на свете. А я даю тебе возможность провести отпуск на самом роскошном острове Карибского моря. Как бы я ни злилась на бывшего мужа, но должна признать, что в скупости его обвинить нельзя. Тебя ждет полет в салоне первого класса, и примут вас как дорогих гостей. Только последняя дура может отказаться от такого предложения!

Только последняя дура могла от него не отказаться… Именно из-за собственного идиотизма она стояла с коляской, в которой спал ребенок, ожидая встречи с неприятным и совершенно незнакомым месье Вальдонне. Юлия окрутила его так быстро, что родные узнали о свадьбе лишь тогда, когда все было кончено. А едва они привыкли к этой мысли, как было покончено и с этим браком.

«Высокий, смуглый, красивый и очень властный. Иди к тому парню, который ведет себя как хозяин здешних мест…»

Так Юлия охарактеризовала бывшего мужа. Но в зале ожидания не было никого, кто подходил бы под это описание. К ней подошел седой чернокожий мужчина средних лет в мятых белых брюках и синем блейзере с вышитой на нагрудном кармане золотой эмблемой.

— Мадам Вальдонне? — спросил он.

— Эстрем, — ответила Улла, гадая, что бы это значило. Юлия должна была сообщить Полю, что посылает вместо себя двоюродную сестру. — Мадемуазель Эстрем.

Мужчина кивнул и извинился по-французски.

— Я ищу шведку с ребенком и…

— Вы ее нашли. — Улла показала на Хельгу. Ребенок, измученный «металлом», безостановочно звучавшим всю дорогу от Парижа, наконец уснул. — Это дочь месье Вальдонне.

— Чудесно! Меня зовут Андре. Месье прислал меня, чтобы я привез вас на виллу Вальдонне.

— Он не мог выбрать время, чтобы встретить нас лично?

— Месье просил передать вам извинения. — Тон Андре был таким же бесстрастным, как и его взгляд. — Возникло одно важное дело, которое помешало ему приехать сюда.

— Более важное, чем его дочь? — Улла подняла брови, не скрывая своего презрения. — Я думала, ему не терпится ее увидеть. Похоже, я ошиблась.

Шофер, не привыкший к критике в адрес своего работодателя, кашлянул и отвернулся.

— Мадемуазель, вы проделали долгий путь, — пробормотал он. — Пожалуйста, подождите в машине. Я получу ваш багаж, и мы поедем. Вы и малышка скоро будете дома.

Да уж, дома, подумала Улла, миновав зал ожидания и подойдя к черному лимузину, припаркованному у входа в аэропорт. Было немногим более половины восьмого, но уже стемнело; красиво выгнутый фасад аэропорта подсвечивали прожектора.

— Позвольте мне, мадемуазель. — Андре взял у нее коляску, внес ее в просторный салон, посадил девочку на детское сиденье, прикрепленное к середине заднего, тщательно пристегнул и провел пальцем по ее щечке. — Красавица, правда?

Французского Улла не знала, но шофера поняла без труда.

— Правда. Но я боюсь, что это путешествие далось ей нелегко.

Андре буркнул что-то сочувственное и вернулся в здание за багажом. Эту задачу он решил с потрясающей быстротой и легкостью. Через несколько минут лимузин отъехал от тротуара и быстро, но плавно покатил в сторону Фор-де-Франса.

— Я небольшая любительница истории, но на тебя тамошние древности произведут сильное впечатление, — предсказывала Юлия. — На Мартинике, а особенно в Фор-де-Франсе, нельзя шагу ступить, чтобы не наткнуться на какой-нибудь памятник. За пятьсот лет индейцы, испанцы, португальцы, французы, англичане и африканцы перемешались там так, что образовалась новая раса. Но к высшему обществу, естественно, принадлежат только белые.

Хотя сам Поль жил за городом и крепостные валы столицы Улла видела только мельком, однако она поняла, о чем говорила кузина. Даже в темноте и на расстоянии в несколько километров эти толстые и высокие стены, возведенные испанцами и французами за несколько веков, производили неизгладимое впечатление. Улла надеялась выкроить несколько дней, чтобы познакомиться со всеми достопримечательностями знаменитого острова.