Третий Избранный желал продвигать технический прогресс. Но как это сделать, если даже устройство простейшего арбалета он представлял себе крайне смутно, Коллегия магов просто не знала. Зато пил этот Избранный — как не в себя. И ладно бы просто пил. Так ведь не в одиночку же! После полугода такого «продвижения прогресса» курировавший его маг запросил политического убежища в Инферно, мотивируя это тем, что: «Пусть лучше мою печень сожрут демоны, чем цирроз. Быстрее, и мучиться буду меньше».

Впрочем, жрать его демоны не стали. Напротив, довольно быстро продвинувшись в их иерархии, беглый маг занял место одного из властителей, прославившись своей ненавистью к изобретателям и непереносимостью алкоголя.

И вот сейчас настала моя очередь. Заранее готовый к самому худшему, я оповестил о случившейся беде Коллегию, поднял по тревоге дежурную команду спутников-героев, отправил срочное сообщение своему другу Краниэлю, в данный момент исполняющему обязанности Темного Властелина, и, налив в бокалы вина (себе с экстрактом валерианы, гостье — с эликсиром правдивости), стал ждать неизбежного.

Эх… А утро так хорошо начиналось!

Ужас! Да что это такое! Как другие-то маги от этого бедствия спасались? Мои запасы эликсира правдивости подходят к концу, валерьянка закончилась два литра вина назад, а поток желаний этой молодой … (слово тщательно вымарано и восстановлению не поддается), то есть я хотел сказать Избранной, все не останавливается!

И ладно бы по делу! Но желания «выцарапать глаза этой сволочи Надьке», которая увела у нее «клевого парня», получить «автомат» по «стат. анализу», поскольку «препод — зверь и гей, всех девчонок валит», «скататься на Мальдивы с каким-нибудь миллионером и выложить фотки в «Одноклассниках», чтоб все подруги обзавидовались» при всем желании нельзя было счесть настоящей мечтой.

Стоп! Тихо! Вот оно, кажется… Ну же, ну?

— Что ты сказала? — попросил повторить я ее еще раз, боясь, что ослышался.

— Ты че, глухой, что ли? — недовольно буркнула Избранная, но, заметив мой молящий взгляд, сменила гнев на милость. — Говорю, что неплохо было бы на следующих ХИ-шках эльфийскую королеву отыграть… У меня как раз такое шикарное платье есть со стразами от Сваровски, да и колечко в тему — вот, зацени. — Она сунула руку мне в лицо, едва не разбив нос тем самым кольцом.

Ничего, кстати, особенного — золотой ободок, в котором собственно золота было меньше половины, и какая-то сверкучая стекляшка, по всей видимости долженствующая изображать бриллиант. Но главное было не в этом! Желание! Я наконец-то узнал ее мечту!

— Так, значит, ты хочешь быть эльфийской королевой? — переспросил я в последний, третий раз, чтобы окончательно сформировать требование и отчаянно боясь, что она передумает.

— Хочу, — хлюпнула носом Избранная и потянулась за очередной (предпоследней!) бутылкой. — А толку-то? Витек наверняка опять свою мымру в королевы пропихнет, тут без шан…

Договорить я ей не дал.

— Да будет так!

Для пущей торжественности я встал с кресла, одновременно материализуя на себе полное облачение архимага Коллегии, и ударил об пол возникшим в руке магическим посохом, заканчивая ритуал «признания мечты». Ну то есть попытался ударить. Увы. Вина было выпито уже немало, что сказалось как на моей координации движений, так и на состоянии башни. Так что удар посохом пришелся не на благородный дуб, которым был выложен пол моего кабинета, а на одну из бутылок, во множестве валявшихся на этом полу, что изрядно подпортило впечатление.

Впрочем, это было неважно и впечатления на пьяную Избранную не произвело совершенно. Громко икнув, она продолжила добивать бутылку коллекционного марлейского, совершенно не обращая внимания на мои действия.

— Как хоть называть-то тебя? — спешно спросил я, стремясь закончить все формальности до того, как она окончательно упьется.

— Лариса Подольская… Ой, то есть Лэрис Пр… — Тут она снова икнула, отбросила пустую бутылку и, откинувшись на спинку кресла, тихо засопела носом.

— Как-как? — отчаянно переспросил я, пытаясь получить необходимые мне сведения и одновременно опасаясь потревожить ее сон, а то кто их, этих богов, знает, сочтут еще, что я «предпринимаю враждебные действия по отношению к подопечной», и прости-прощай человеческий облик. А я к нему как-то привык и никакого желания превращаться в какую-нибудь малосимпатичную (и симпатичную тоже) зверушку не испытываю.

— Хррр… — было мне ответом, и когда я совсем уж было отчаялся, тихим шепотом донеслось: — …сная.

— Лэрис Пристрастная? — подобрал я первый пришедший на ум вариант сочетания известных мне слогов. Ответом было сонное сопение.

Впрочем, молчание, как известно, есть знак согласия, а потому, облегченно вздохнув, именно под этим именем я и внес попавшую ко мне Избранную в Хроники Акаши, и именно с этого момента и начался отсчет ее подвигов и исполненных мечтаний в нашем нескучном мире… чтоб его создателю в деревенский сортир провалиться!