Колёса поезда заскрежетали по рельсам, и из-под них полетели искры. Состав остановился.

— Вот мы и приехали, — заметил Орлеманн, пряча какие-то бумаги в портфель и надевая плащ. — Идём же, мы не можем прохлаждаться здесь целый день!

Следом за послом Джо вышел из вагона на новую, недостроенную платформу. Прямо перед поездом торчали остатки какой-то незаконченной конструкции. У них был такой вид, будто рабочие просто побросали свои инструменты и больше не возвращались на это место. Даже лестница, ведущая на платформу, оказалась незаконченной. Она уходила прямо в небо, и дождь стекал по ступенькам в тоннель.

— С той стороны спуск такой же, — сказал Орлеманн, уверенно устремляясь вперёд. Джо оглянулся на кандидатов. Полицейские, ехавшие с ними, выгоняли детей на платформу. — Да наплюй ты на них! — торопил Орлеманн, увлекая Джо за собой. — Вот погоди, ты сейчас такое увидишь, что не поверишь своим глазам! — с довольным смехом посол взлетел по ступенькам. Металлические опоры дрожали и звенели под его шагами.

Джо с Орлеманном поднялись на равнину. За спиной маячили стены Долгого города, а впереди блестело озеро, и дальше над ним виднелись горы. Их поджидал конвой из двух автобусов, четырёх мотоциклов и длинного чёрного лимузина. Орлеманн уверенно направился к машине. Водитель в ливрее поспешил распахнуть дверцу.

Джо собрался уже сесть в машину, но вдруг замер. Лестница гремела под ногами у кандидатов, и он вспомнил: да ведь они же на равнине!

— А как же машины? — тревожно спросил мальчик.

— Это же мои машины, Джо, — недовольно обернулся Орлеманн. — И я не позволю им нападать на себя или моих друзей. Иди сюда, сам увидишь, — и он скрылся в лимузине. Джо пригнулся и полез за ним.

Как в личном вагоне Орлеманна в поезде, внутри лимузина всё поражало кричащей роскошью. Сиденья были обшиты тончайшей мягкой кожей, а за тонированными окнами серое небо казалось пурпурным.

Орлеманн плюхнулся на заднее сиденье и увлёк за собой Джо. Мальчик опустился на мягкую кожу. В машине было тепло и удобно, однако Джо чувствовал себя скованно.

— Вот, посмотри, Джо, — Орлеманн нажал серебристую кнопку под окном. С мягким жужжанием отлично работающего механизма откинулась панель из полированного ореха. Она выдвинулась вперёд на рычаге, пока не замерла перед Орлеманном, поблёскивая десятью светлыми клавишами из слоновой кости. Все клавиши находились в поднятом положении.

— Ты ведь видел машины с дистанционным управлением? — спросил посол. Джо кивнул. — Эти действуют также, только они немного мощнее. Эта вот игрушка позволяет мне отправить приказ всем машинам держаться подальше. Не могу не признать: боевые машины — отличное изобретение, тем более что это я их придумал, — Орлеманн снова нажал кнопку, и панель управления скрылась в своём пазу в стене. — Так что позволь тебя заверить: наш конвой никто не тронет!

— Так вот почему они не атаковали вашу миссию Милосердия? — догадался Джо.

— Именно так, — с довольной улыбкой кивнул Орлеманн. — Конечно, за исключением тех случаев, когда было полезно продемонстрировать одной стороне, как другая нарушает данное слово. Тогда приходилось отдавать машинам приказ стрелять прямо в нас!

Тут в окно постучали. Орлеманн нажал ещё одну кнопку, и стекло с жужжанием опустилось. У лимузина стоял один из полицейских.

— Все погрузились и готовы ехать, сэр, — доложил он.

— Благодарю, — ответил посол. Он закрыл окно и приказал водителю по интеркому: — Поехали.

Двигатель лимузина ожил. Впереди заводили свои мотоциклы полицейские, позади рычали движки автобусов. Последовал новый сигнал, и конвой тронулся с места. Джо откинулся на спинку сиденья, а лимузин нёс его по равнине на север.

Джо посмотрел в окно. Там то и дело мелькали обгорелые остовы боевых машин. В этой части равнины так же часто попадались перевёрнутые, искорёженные танки. И Джо успел заметить, что многие из них успели по самые ступицы просесть в зыбучие пески. Мальчик удивился: почему же тогда весь этот конвой — лимузин Орлеманна, автобусы и мотоциклы — с такой лёгкостью мчатся прямо через равнину?

Джо выгнул шею, стараясь рассмотреть дорогу перед машиной. Орлеманн тут же заметил его любопытство.

— Одно из моих ранних изобретений, — посол широким жестом махнул рукой вперёд. — Я назвал его невидимой дорогой. Очень полезная штука, особенно если надо пересечь вот такую опасную местность. Дорожное полотно состоит из особо прочных стальных волокон в сочетании со стеклянным сплавом. Оно обладает не только прозрачностью, но и принимает окраску окружающей среды и не препятствует росту травы. Это и делает дорогу практически невидимой, — Джо старательно щурился, желая разглядеть эти чудесные волокна, но так ничего и не увидел. Орлеманн довольно рассмеялся.