Паук кивнул.

— Жуткие штуки, честное слово, но что мы можем сделать? У полицейских слишком много власти. И кто их остановит? Кандидатов отправляют с проводниками, которые и сами-то не знают толком дороги. А что касается конвоев, то когда они отправляются из Норсбриджа… — Кловис пожал, плечами и развёл руки в стороны. — Кому теперь верить? Никто не может сказать наверняка, добираются ли они вообще до арок.

— Но ты-то знаешь? — уточнил Паук.

— Нет, — коротко хохотнул Кловис. — Даже я этого не знаю.

Свинина на сковороде зашипела. Вин поддел её вилкой, и жир, попавший на сковороду, брызнул ему на руку. Он жадно слизнул жир с ладони и уставился на Джо, так сощурив глаза, что они превратились в две блестящие щёлочки.

— Элиза по-прежнему возлагает все надежды на Орлеманна, не так ли? — спросил Паук.

— Да. Однако его методы стали вызывать у неё подозрение. Не исключено, что если… Ну, кто может знать… Иногда достаточно одного слова, чтобы всё изменилось.

Паук кивнул.

— Ещё кто-то остался?

— Немного, и все в городе. Если хочешь, у меня ещё есть птицы. Я могу послать предупреждение.

— Может быть, позже, — Паук на минуту задумался. Он как будто только сейчас сообразил, что кроме них с Кловисом в палатке находятся Кэтрин, Джо и Вин. Проводник нетерпеливо заёрзал на месте. — И у стен бывают уши, — заметил он. — Кэтрин! — порывшись в сумке, Паук протянул девочке пару монет и клочок бумаги. — Ступай на рынок и купи всё, что в этом списке.

Кэтрин недоверчиво уставилась на тусклые монеты у него в руке.

— Да этого не хватит даже на…

— Значит, придётся поторговаться, не так ли?

— А как же Джо?

— Он останется здесь. Придётся вам гулять одной, мисс, — Кэтрин неохотно поднялась с места. Когда она проходила мимо Кловиса, тот ухватил девочку за ногу и протянул её револьвер.

— Вот, — сказал толстяк. — Может пригодится. — Кэтрин взялась было за рукоятку, но Кловис не спешил отпускать оружие и строго глянул ей в глаза: — Будь осторожна, когда найдёшь своего брата. Он может оказаться не таким, каким ты его помнишь!

Кэтрин молча взяла револьвер и вышла из палатки.

— Твой кандидат может отдохнуть снаружи, под столом, — сказал Кловис, кивая на Джо. — Там достаточно сухо. Вин, покажи ему дорогу.

Вин улыбнулся Джо, подцепил мясо со сковороды, положил на тонкую тарелку и подал её прорицателю. Толстяк без церемоний поднёс тарелку ко рту и наклонил к себе так, что свинина скатилась на собственном жире прямо ему в рот. В два укуса с ужином было покончено.

Не переставая чавкать и глотать, Кловис пошевелил пальцами, напоминая Вину, что ему пора идти.

Вин помог Джо подняться на ноги.

— Ну, идём, мой хороший, — с напускной бодростью сказал он. — Уложим тебя в постельку!

Джо стоял возле палатки и смотрел, как силуэт Кэтрин растворяется в тенях на дороге к рынку.

— Погоди, я тут маленько приберусь, — сказал Вин, заползая под тяжёлую скатерть.

Джо стоял под дождём и вслушивался в приглушённые голоса, бубнившие в палатке у него за спиной.

— Насколько велики наши шансы? — спрашивал Паук.

— Практически равны нулю, — отвечал Кловис. — Однако многие думают, что время пришло.

— Не знаю, Кловис… — голос Паука выдавал явное сомнение, — я во многом ещё не уверен…

Тут они заговорили совсем тихо, и как Джо ни старался, он ничего не мог уловить, кроме отдельных слов и обрывков фраз:

— … тени над городом… с тех пор, как не стало Корнелл… за горами… Заговорщики… — всё сливалось в полную нелепицу, и вскоре оба голоса зазвучали одновременно.

— Что это ты тут делаешь? Шпионишь? — внезапно спросил Вин, высунувший голову из-под стола. Джо был ошарашен. Он совсем забыл про воришку.

— Делать мне больше нечего! — выпалил он, стараясь говорить как можно твёрже. — Ты сам велел мне стоять здесь и ждать, не так ли?

— Ладно, ладно, нечего так кипятиться! — Вин тут же пошёл на попятную. — Но лучше полезай сюда, а то ещё обидится кто! Шпионов, знаешь ли, у нас не любят! — он подёргал Джо за ногу.