Три машины с включенными мигающими огнями на крышах появились со стороны Шестого участка почти одновременно. Пат стоял в освещенной передней двери, показывая входящим свой полицейский значок. Высокий сержант возрастом не более тридцати лет первым выскочил из машины.

– Это вы звонили? – спросил он Пата.

– Точно. Патрульный Пат Конте, Пятый участок.

– Что случилось?

– Я стрелял там в бандита. Он взламывал игральные автоматы. Думаю, что убил его. Он кинулся на меня с ножом.

Сержант обернулся к высокому молодому водителю, стоявшему рядом.

– Вызови лаборантов и детективов, – распорядился он. – Посмотрим, что здесь произошло.

Двое патрульных последовали за Патом и сержантом. Они быстро нашли выключатели и зажгли мерцающие флюоресцентные лампы. В сверкающем освещении лицо мертвеца приобрело голубой оттенок, а лужа крови на полу стала черной.

– Эй, парень, – сказал сержант, – ты явно не хотел рисковать, ведь так?

– Он бросился на меня с ножом! Со мной такое случилось впервые. Конечно, я не мог рисковать.

– Все правильно сделано, малыш. Нечего церемониться с таким дерьмом – никто и "спасибо" не скажет. А как случилось, что тебя занесло сюда именно в это время?

– Шел домой, – ответил Пат. – Выпил кофе в забегаловке, расположенной где-то невдалеке на этой улице. Заметил в глубине закусочной проблески света и какое-то движение. Попытался открыть дверь. Она была не заперта. Обнаружил, что этот парень возится с автоматами. Велел ему оставаться на месте, но он повернулся ко мне с раскрытым ножом. Я вынул пистолет и выстрелил в него. Вот и все.

Сержант ухмыльнулся:

– А затем убедился, что убил его, ведь так?

Пат поглядел ему в глаза:

– А вы бы не сделали того же на моем месте?

Сержант пожал плечами:

– Ладно, оставим этот вопрос детективам. Вернемся в участок и заполним формы для ареста и прочую дребедень. Можешь сесть в мою машину.

Они двинулись сперва на север, затем на запад, параллельно набережной, мимо ряда неприглядных складов, пока не приблизились к старинному дому из песчаника, в котором находился Шестой участок. Пат направился в комнату детективов на втором этаже – сообщить информацию для доклада о необычайном происшествии.

– Ты должен заполнить карточку на арест этого парня, – напомнил ему сержант. – Обвинить его во взломе с вторжением и в попытке убийства или в чем-нибудь в таком же духе. Иначе у тебя начнутся большие неприятности.

Пат рассказал подробности происшествия управляющему чиновничьей службой. Тот начал заполнять на пишущей машинке формы об аресте и форму 61 для детективов и лейтенанта. Наконец чиновник оформил светло-желтую копию доклада об аресте со всеми сопутствующими подробностями инцидента. Эти бумаги должны были послужить основанием для расследования убийства, которое последует после их заполнения. Пат, кроме того, должен был помочь в составлении документов на человека, сопротивлявшегося аресту, незаконно проникшего в закусочную, напавшего на полицейского со смертоносным оружием.

Примерно через час из прокуратуры прибыл подвижный юноша в очках с роговой оправой, чтобы узнать подробности дела. Он задал Пату несколько дополнительных вопросов для уточнения происшествия, внимательно выслушал его ответы и размашисто записал их на длинном желтоватом юридическом бланке.

– Звучит нормально, – заметил он, когда Пат закончил свой рассказ. – По-моему, вы заслуживаете поощрение за проведение этой операции. Зайдите завтра в морг, чтобы опознать труп. А также загляните в баллистический отдел внизу. Пусть они выпустят несколько пуль из вашего пистолета для сравнения.

Когда Пат повернулся от высокой конторки, расположенной в холле участка, к нему поспешил смуглый молодой человек с длинными волнистыми волосами, в плисовом пиджаке и спортивной рубашке с открытым воротом.

– Вы патрульный Конте?

– Да, это я.

– Меня зовут Арни Файн, "Дейли ньюс". Как я понял, вы застрелили бандита на Салливан-стрит?

– Да, но я не знаю, могу ли сейчас рассказывать об этом.

– Ну, знаете ли, большинство подробностей мы выясним из папки с документами об арестах. Мне хотелось бы получить от вас некоторые детали того, что произошло.

– Вы не станете возражать, если я выпью чашечку кофе? – спросил Пат.

Парнишка ответил, что не имеет ничего против. Они сели в комнате для показаний, и Пат повторил свою историю. Они проговорили минут пятнадцать. Пат мог рассказать гораздо больше, но, казалось, репортеру и этого было достаточно.

– Все будет прекрасно. Продиктую в редакцию по телефону. Может, попадет в последний выпуск. Если нет, то опубликуют в утреннем номере.

– Вы хотели бы иметь мой снимок? – спросил Пат.