И тут же начался какой-то дурдом. Похоже, только один Хлопов яростно матерился в микрофон. Все прочие орали от боли. Или черт знает что там с ними происходило… Хлопову показалось – народ слетел с катушек. Кто-то звал на помощь маму, кто-то истошно кричал. Не поймешь: от страха или еще от чего…

– Оператор! – злобно выкрикнул директор охранной фирмы. – Хватит! Поигрались! Это дерьмо за мои же бабки?! Ну-ка, быстро подорвался, объяснил: где выход?! Щас рыла чистить буду!

Хлопова никто не испугался. Его просто не слышали. Люди по-прежнему вопили, да так страшно, словно их резали на куски. По крайней мере, Дэн сразу не смог вспомнить: доводилось ли ему хоть раз слышать такие вопли и стоны от людей, с которых братва стрясала долги. Кажется, нет… Даже когда учили бейсбольной битой – и то не так. Да, точно.

– Эй! На пульте, вашу мать! – длинно выматерился Дэн. – Что там у вас?

И снова – только животный вой. Никакой внятной речи, словно Хлопов не с людьми разговаривал. С обезумевшими животными. Чуть позже к странным звукам прибавился противный визг дисковых пил.

Хлопов с досады плюнул на пол, огляделся по сторонам. Перехватил автомат в левую руку, ткнул в гнездо штекер дурацкой коробочки, которую ему сунули перед игрой… Кто-то на пульте не дружит с головой. Может, хотя бы железяки подскажут, что происходит? Как быть, куда податься?

«Основной инстинкт человека — страсть к охоте, преследованию и убийству.

Основной инстинкт робота – быть во всем похожим

на создателя».

Хлопов ничего не понял. Чертова коробочка издевалась над ним! Дэн, гнусно выругавшись, с размаху запустил прибор в стену. Жидкокристаллический дисплей выскочил из корпуса, в другую сторону отлетели задняя крышка, аккумуляторы, какие-то мелкие «фенечки».

– Ну, погодите, чмыри! – пробормотал Дэн. – Ну, сами напросились!

Перехватив автомат поудобнее, он пригнулся. Побежал вперед, стараясь прижиматься левым плечом к стене, чтоб труднее было заметить его издали. В ушах по-прежнему звучали крики. Кто-то звал маму. Какая-то телка визжала, словно ее трахали сразу пять человек. Это раздражало Хлопова. Никаких эмоций от чужой боли он не испытывал, но посторонние звуки мешали ориентироваться в обстановке.

У следующей развилки Дэн помедлил, прикидывая, как поступить. Свернул налево. Через два десятка шагов открылся проход вбок, в небольшую комнату. Директор охранной фирмы, внимательно оглядевшись, выставил ствол автомата вперед, навстречу неизвестному. Шагнул…

И замер, открыв рот. У задней стены копошились два черно-белых механических придурка. Невысоких. Таких, что даже корейская обезьяна на их фоне казалась небоскребом. Роботы стояли спинами к выходу из комнаты. Они не обращали на человека никакого внимания, хотя в прозрачных стеклянных банках, которые заменяли им бошки, вращалась какая-то хрень.

Это – само по себе – удивило Хлопова, ведь он никогда не видел «живых» роботов. Только один раз, на картинке, во время инструктажа. Но хуже всего оказалось другое. К металлической стене была прибита молодая девчонка в униформе работника клуба. Кажется, та самая, что принимала у Дэна бабло за участие в игре.

Рот девки был заклеен пластырем, и потому она не могла кричать. Но Дэн отлично понял, как ей больно. Ноги жертвы подергивались, все тело выгибалось. Кажется, девчонка пыталась освободиться, но металлические костыли, забитые в ладони, держали крепко.

Дэн невольно сглотнул слюну, пытаясь оценить, какой силищей надо обладать, чтоб заколотить толстый стальной гвоздь в стену. Монстры что-то готовили для жертвы. Что-то такое, от чего глаза пленницы наполнились ужасом. Хлопов это прекрасно видел. Вот только роботы стояли спиной к Дэну. Что у них там?

И вдруг девчонка заметила Хлопова. Замычала, замотала головой, словно призывая человека помочь. Освободить из плена. Защитить от металлических чудовищ. Ноги жертвы засучили по стене.

Взревела дисковая пила. Цланг! Один из роботов шагнул вперед. Тело жертвы выгнулось, девчонка стала быстро-быстро мотать головой. Ноги задергались, стали колотить по металлу, когда резак порвал одежду, коснулся тела. Кровь от бешено вращавшегося диска хлестнула по сторонам. И сами роботы, и стены вдруг стали темно-красными.

– Мать вашу! – в ужасе пятясь, пробормотал Хлопов. Нервно икнул.

Удивительно, но его услышали. Один из роботов – тот, что стоял без пилы – начал поворачиваться, поднимая лазерный автомат. Дэн, не мешкая, бросился прочь по коридору. Ему запомнилось – девчонка еще жила. Ноги судорожно дергались, но криков слышно не было. Умиравшей так и не удалось освободиться от черного пластыря.

Жила… Только бьющиеся о металл ноги да визг пилы…

Хлопов бежал очень быстро. Надо было исчезнуть за поворотом, прежде чем медлительный робот выберется из комнаты смерти и пустит ему вслед смертоносный луч. Тогда – конец.