Маг, тем временем, закончил ползать по двору, поднялся с четверенек, отряхнул прах с колен и небрежно сказал:

— Я тут, чтобы не боялась, немного поколдовал… Теперь даже мышь без спросу не проскочит, можешь спать спокойно.

Я быстренько представила марширующих ночью к нашей супружеской кровати за разрешением мышей и захихикала.

Маг недоуменно поднял брови и с подозрением спросил:

— Так тебе страшно или нет?

Между тем фантазия продолжала буйствовать: вслед за мышами в очередь встали другие твари. Маг расфокусировал свой взгляд и, кажется, бессовестно просмотрел мои мысли, потому, что вздохнул, покрутил у виска и с обидой сказал:

— Тебе не от паранойи, а от другого заклинания искать надо!

Червяк тут же повесился и сдох, а я осталась давиться смехом, потому что откровенно хохотать не решалась, уж больно сердитое лицо стало у мага.

В этот вечер хорошее настроение мне было обеспечено, но ночью в сновидение опять вторглась тревога.

Что бы мне не грезилось, она проявлялась всегда одинаково: вдруг из ниоткуда появлялся медленно двигающийся черный джип, неотступно следящий за мной слепыми тонированными стеклами. Обычно все-таки удавалось уходить (улетать, уплывать, убегать — в зависимости от сна), но не на этот раз. Машина вырулила из-за угла и неотвратимо распахнула предо мной двери. Единственная мысль, мелькнувшая в этот момент, пискнула 'Все, конец!', а потом страх захлестнул меня серой волной, и я проснулась.

Предрассветные сумерки уже выбелили нашу спальню. Я села на кровати и чуть не заорала, сначала от испуга, потом — от восторга.

Маг-то оказался шутником.

На краю одеяла сидела, степенно сложив лапки на мягком брюшке, мышь и внимательно смотрела на меня черными бусинами глаз. Я тут же протянула руку и осторожно дотронулась до нее пальцем.

Мышь была, несомненно, живая. Из ее лапок торчал клочок бумаги, на котором каллиграфической вязью кто-то вывел — 'пропуск в подвал и обратно'.

Я подмахнула этот документ невесть откуда взявшимся пером, проследила, как мышь спускается с кровати зажав в зубах честно добытое разрешение, представила, как она сует его под нос моим кошкам и снова повалилась спать, с дурацкой улыбкой на губах, не зная отругать мага при встрече, или сказать спасибо.

Свой подъем я бессовестно проспала. Муж пожалел сладкий утренний сон, и когда я после первого приглашения к завтраку даже не подняла голову с подушки, больше будить не стал. Проснулась я сама, когда солнце заглянуло в окно спальни, преодолев барьер в виде раскидистой высокой ивы.

Я прислушалась, во дворе бубнил телевизор, а это значило, что кто-то из гостей уже сидит за столами. Делать нечего, дальше лентяйничать не позволяла совесть, надо было умываться и плестись во двор, авось муж проявит понимание и сварит кофе, сама осилить эту таинственную науку я так и не смогла, собственноручно приготовленный напиток обычно отвратительно вонял горелым.

Ожидания оправдались на сто процентов. Муж действительно сжалился и сварил мне кофе, и я потягивала его в полудремотном состоянии, наблюдая за ранними гостями. Не по-утреннему громкий разговор за столами предвещал нелегкий день.

Стоило мне только сформулировать эту мысль, как разразился скандал. Гном не поладил с магом, сверкнул оранжевым светом небольшой пульсар, в воздухе запахло палеными волосами, из-за голенища сапога извлекли боевой нож, послышалась отборная ругань.

Муж с Кузьмой поспешили к драчунам, а я осталась на месте, ожидать пополнения своей коллекции. В тот момент я еще не подозревала, что к вечеру она существенно увеличится.

То ли на солнце в тот день были магнитные бури, то ли вчера маг перестарался и колданул не то заклинание, но гости так часто хватались за оружие, что я даже перестала уносить его в дом и складывала кучкой за барной стойкой. Кузьма и мой милый совсем сбились с ног.

Больше всего удивляло то, что как только у драчунов конфисковали оружие, они сразу утихомиривались и уже спокойно продолжали общение, время от времени вытягивая шеи и пытаясь разглядеть, а куда собственно унесли конфискат, и потом, при прощании наперебой начинали звать погостить, вовсю расписывая красоты своего родного края, давали время подумать, обещали завтра заглянуть за ответом.

Я совсем вымоталась от такого ненормального поведения посетителей. Самое обидное состояло в том, что буянили в основной старые знакомые, полностью игнорируя мои призывы к миру и спокойствию.

Ничто на земле не вечно, и солнце, наконец, опустилось за горизонт. Дневные посетители потихонечку покидали наш гостеприимный кров, но на смену им потянулись типично ночные гости: вампиры, эльфы, и пара оборотней. Воцарилось долгожданное спокойствие, и я повеселела, а когда к бару подсел Воржак, и вовсе расцвела. Этот орк неизменно поднимал мне настроение одним своим присутствием.

После памятного сражения с поливальной установкой мы стали друзьями, он поменял свой дальний столик на табурет перед баром, и когда не было интересных матчей, коротал время со мной. От него я узнала кучу интересных вещей. Например, что орки приходятся близкими родственниками гоблинам, а те в свою очередь — великанам, что его раса делится на три больших рода: горных, степных и пещерных. Что не бывает лесных орков. Что лес они не любят, можно даже сказать — бояться. Что самые мелкие — это пещерные племена, самые злобные — горные, ну а степные — самые многочисленные и рослые. Роды в свою очередь делятся на кланы, каждый из которых имеет своего вожака и звучное название.