Пожав плечами, я решила снова довериться принцу и заняться более важными проблемами. Например, куда бы деть моих младших братьев, чтобы они не сунули свой любопытный нос, куда не надо.

Эльвиниориэля можно отправить к брату в Закатный лес. И мне все равно, что у его матери будет очередной сердечный приступ, который она очень умело разыгрывает. Один раз даже в обморок упала, лишь заставить старшего сына спровадить, как она говорит, 'позор молодости' с глаз долой. Но Вильфаниэль давно не обращает внимания на подобные выходки и, если попросить, то эльфенку столько работы даст, что у того даже свободной минуты не будет. Хвала богам, Лучезарный ещё не расстался с идеей в будущем передать трон в руки младшего брата. Не знаю, зачем ему это нужно, но это мне только на руку.

Так, что можно сделать с Дином, а заодно и с Леонарой? Пусть сестры в моем сне не было, но перестраховаться все равно нужно. Здесь есть два варианта - заблокировать в нужный момент нить, связывающую нас с Максом с ними и сдать на попечение мамы. Минус первого варианта - блок они наверняка заметят и захотят узнать, что с нами случилось. Второй вариант минусов почти не имел. Думаю, мама сможет сдержать дочку и сына от необдуманных поступков, особенно если предупредить её об этом заранее, что я в любом случае собиралась сделать. Значит, решено, оставим их под крылышком Марианны.

Дарна можно отправить к Лиорену, набираться опыта, так сказать. К тому же он давно хотел пообщаться с кузеном-демоном.

А вот что делать с Заром, я не знала. Пожалуй, как раз его придется взять с собой. Не потому, что его некуда деть. Просто, когда я вынесу из Храма меч главы клана Д'аркв'ир, то псы тут же телепортируются к нам и мой сон начнет воплощаться в реальность. А меч попасть в руки Вольф не должен ни в коем случае. Признать клинок его не признает, но мне нужно, чтобы он остался у моих родственников. Иначе когда я вернусь домой после своей 'гибели', доказать оборотням, что я - настоящий глава клана будет трудно. Точнее, вообще невозможно, потому что никому даже в голову не придет, что я - это я. А заодно так дам своим близким понять, откуда у них взялся неучтенный родственник. Потому что если меня кто и узнает, так это Леонара и Ник в силу того, что они - чувствующие. Пару намеков я, конечно, дам, но очень аккуратно, чтобы, не дай боги, Вольф раскусил меня раньше времени.

Так что, как бы мне не хотелось оставить Зара в безопасности, придется его взять с собой. А когда покинем клан, дать меч в зубы и приказать бежать при первом е намеке на опасность. Единственное, что утешало, так это то, что Зарон всегда слушал меня беспрекословно. А уж мы с Максом постараемся, чтобы псам Вольфа было не до убегающего волка.

Макс

У нашей семьи есть одна плохая особенность, которая пусть редко, но проявляет себя. Страх за жизнь родичей иногда ослепляет нас и заставляет забыть, что Д'аркв'ир вполне способны сами постоять за себя. И что у каждого из нас есть прекрасно развитое чутье, которое всегда вовремя подскажет, когда нужно рвать когти, а когда можно стиснуть зубы и броситься в самое пекло схватки. Или когда нужно обратиться за помощью к родственникам, которые из кожи вылезут, но помогут тебе. Хотя о последнем мы вспоминаем слишком редко из-за той же особенности - из-за страха потерять самое близкое на свете существо.

Продолжая обсуждать с Ником, где лучше достать амулет статиса, я бросил на сестру внимательный взгляд.

Алекса невидяще смотрела в одну точку над нашими головами, о чем-то сосредоточенно размышляя. Иногда по темно-зеленой радужке её глаз скользили серебристые искры, выдававшие дар видящей. Пусть весьма специфический и узконаправленный, но в мире существует не одна видящая, мечтавшая заполучить подобные способности. Многие душу готовы были отдать за возможность увидеть и предотвратить свою смерть или смерти родных, не понимая, что для них подобный дар обернется проклятием.

Я все ещё помню первые видения Алексы, после которых она просыпалась от собственного крика. Потом её ещё несколько часов била крупная дрожь, а затравленное выражение глаз исчезало только с наступлением рассвета, когда тени ужасного видения блекли, и кошка могла взять себя в руки. Сейчас вряд ли кто-нибудь поверил бы в то, что когда-то правая рука Царицы не могла спать по ночам, боясь увидеть очередную смерть близких.

Я не знаю, смогла ли сестра привыкнуть к этому, но смириться ей пришлось. Дар видящей не раз спасал нам жизни, позволяя Алексе интуитивно совершать поступки, которые в итоге помогли избежать встречи со смертью. И только сейчас я поймал себя на мысли, что сестра могла не просто так подключить к этому делу именно нас с Ником. Ведь она спокойно могла обратиться за помощью к отцу, Марианне или дяде, в конце концов. Но она выбрала именно меня и Ника.

Последние два года, которые прошли с момента нашего осеннего разговора на крыше центрального крыла, негативно сказались на нашем доверии. С того самого вечера я чувствовал, что Алексе грозит смертельная опасность. Причем такая, с которой она не справится. И из-за страха потерять её совсем забыл, что мы и не из таких ситуаций выбирались живыми, пусть и относительно здоровыми. В конце концов, Алекса не всесильна и кардинально изменить будущее не может. Но главное не это. Главное сейчас то, что я должен спрятать свой страх куда подальше, чтобы он не мешал трезво оценивать ситуацию и снова довериться сестре. Дар видящей никогда не подводил её. Надеюсь, что не подведет и на этот раз...

Алекса

– Алекс?
– окликнул меня Макс.

Встрепенувшись и возвращаясь из своих раздумий обратно в реальность, я бросила на него вопросительный взгляд.

Ника в библиотеке почему-то не оказалось, а волк поднялся из своего кресла и присел рядом со мной.

– Да, Макс?
– я посмотрела в глаза брата, готовясь к тому, что сейчас мне выскажут все, что думают о моей затее.

Но ошиблась, потому что вместо возмущений получила совершенно спокойный вопрос, в котором не проскользнула и тень недовольства: