Шрифт:
Он встал. От его угловатой коренастой фигуры веяло мощью. «А ведь он мог одолеть меня тогда, — подумал Стас, чувствуя симпатию к Круторылу. — Удивительный ставр. Гордый и благородный. Я бы отдал ему право стать вождем, но не могу…»
— Стой! — сказал он и тоже поднялся. — Спасибо тебе, Круторыл, но дело надо довести до конца. Возьми, — вождь кивнул на кинжал.
— Убить Зримрака? — спросил ставр. На губах его зазмеилась усмешка. — Мы вдвоем. Что ж…
— Нет. Мы не убийцы. Сейчас соберем народ, и ты расскажешь ставрам все.
— Судить? — переспросил Круторыл. В его глазах мелькнула какая-то мысль.
— Да. И изгнать.
— Да будет так!
Ударило било, будя уснувшее селение. Десятки факелов заметались по площади, и яркая равнодушная луна осветила сотни рогатых голов.
Круторыл рассказал все, и сомневающихся не осталось. Все знали неприязнь ставра к Мечедару, но знали и его честность. Если Круторыл говорит так…
— Выходи, Зримрак! — крикнул Стас. Сотни факелов горели за его спиной. — Вождь велит тебе: выходи!
Тишина. Двери храма были заперты изнутри, но толпа вынесла их в минуту. Ставры выволокли шаманов на площадь, и даже старики плевали в них.
— Бесчестье!
— Отступники!
Кое-кто не поскупился на пинки, и, когда Стас подошел, шаманы были весьма потрепаны: грим размазан по лицу, одежда изорвана.
— Ну, что, Зримрак? — сказал Стас, останавливаясь перед ними. Ставры поутихли. — Ты посеял ветер, а пожнешь бурю!
— Хорошо сказал! — закивали ставры.
— Теперь скажи, перед всеми скажи: почему ты хотел убить меня?
— Ты хочешь знать? — воскликнул шаман. — Ты не понимаешь?
Он хрипло рассмеялся. Стас никогда не видел, чтобы на него смотрели с такой ненавистью.
— Посмотри, что ты сделал, Мечедар! — крикнул Зримрак. — Ты называешь нас лжецами и убийцами, но разве мы допускали то, что творится сейчас? Войны, которую ты развязал, крови, смерти! Долгое время ставры не знали, что это такое! А ты называешь это благом и свободой! Ты обманул всех! Ты не ставр, ты — демон в обличье ставра!
Стас и бровью не повел.
— Красиво говоришь, шаман. Только на себя забыл посмотреть! Не ты ли отдавал ставров в рабство? Не ты пытался казнить Яробора и убить меня только за то, что мы поступали не так, как вам хотелось?
— Теперь я хочу убить тебя еще сильнее! — плевался слюной и яростью Зримрак. — Ты — зараза, сорняк, который надо вырвать с корнем!
— Дурак ты, Зримрак. Посмотри, как радовались ставры, когда выгнали аллери! Когда еще ты видел их такими? Теперь они стали свободными! Аллери больше не хозяева нам!
— Что даст твоя свобода? Ставры и раньше были свободными. А те, что были в рабах аллери, — отступники, безрогие, такие, как ты!
— Если не свободен один — не свободен никто, Зримрак. Свобода для всех — или ни для кого.
— Лучше погибнуть одному, чем всему клану! Потому я и хотел твоей смерти! А теперь можешь убить меня.
Стас издевательски похлопал в ладоши, смеясь над пафосом шамана.
— Мне не нужна твоя жизнь. Если так любишь аллери, ступай и служи им! Эта земля для свободных, не для рабов!
— Вы все пожалеете, что не слушали меня! — крикнул Зримрак. — Ради победы он не пожалел своего брата и вас не пожалеет!
Стас схватился за меч:
— Еще слово о брате, и я снесу тебе голову, шаман!
— Не голову, — произнес кто-то. — Рога.
Толпа расступилась. Шел Круторыл, неся на плече деревянный чурбан. В другой руке ставр держал топор. Круторыл швырнул чурбан перед шаманами.
— Позволь мне, Мечедар!
Стас не возражал, тем более что боялся вместо рога оттяпать голову. Шаманов схватили и сжали. Криворог заголосил, Зримрак молчал. Его первого опустили на плаху, и двумя ударами Круторыл снес ему рога.
— Теперь прочь! — мстительно расхохотался палач, пнув шамана в зад так, что тот покатился по земле. — Давай следующего!
— Не на-адо! — кричал, вырываясь, Криворог. Стас молча смотрел, как его прижали к плахе.
— Не дергайся, а то голову снесу! — пригрозил Круторыл. Шаман затих, и оба рога упали наземь. Криворог схватился за обрубки и завыл.
— Вон из клана, отступники!
— Вон!
Криворог побежал, Зримрак же шел медленно, теперь Стас видел, насколько силен был шаман. Брань и насмешки сыпались на него, но Зримрак не сгибал шеи, уходя побежденным, но не сломленным. Ночь скрыла их навсегда. Навсегда ли?