А зачем врали? С какой умной целью? Стало ли лучше заложникам или на них было наплевать в отчаянной попытке сохранить лицо Кремля? Значит, ваши даже не понимают, что скрыть такую информацию в наше время невозможно, и значит, к трагедии неизбежно прибавится позор.

В такой ситуации решения мог принимать только человек, назначенный президентом (уровень премьер-министра, министра внутренних дел и т. п.).

А у нас – с места трагедии звонят полковнику, полковник – генералу, генерал – в штаб, штаб – в Москву, Москва – в Кремль, а потом – обратно. А время уходит. А информация искажается. И решения принимает тот, кто не владеет реальной обстановкой. Неправильно и поздно.

«Убийцы детей!» – да, теперь они убийцы. Но нам – ради миллионов живых детей – надо понять: планировали террористы убийство или нет? Планировали? – тогда почему не взорвали школу, как самолеты, как Кадырова?

Убийство детей не прощают нигде, никогда. Неужели террористы хотели, чтобы весь мир испытывал к ним отвращение и ненависть? Зачем?

Скорее им нужно было что-то такое, чтобы весь мир заговорил и чтобы власть России пошла на переговоры.

Подействовало. Весь мир заговорил. И заговорил до убийства, и тем более горячо, когда стало ясно, что заложников не «больше ста», а больше тысячи.

Но переговоры не начались.

…Сейчас отказ террористов принять воду и еду пытаются объяснить тем, будто они заранее твердо решили убить детей. Но, повторяю, решив убить, они могли тайно заминировать и взорвать школу, пять школ, не жертвуя собой.

Возможно, голод, жажда и невыносимые условия, по мысли боевиков, должны были заставить нашу власть скорее начать переговоры, не позволить тянуть. А Москва тянула.

…Власть должна была организовать оцепление. Но и этого необходимого действия не произошло. Возле школы бурлила вооруженная толпа. Власть не смогла оттеснить ее за оцепление.

И мы бы теперь не думали: кто-то из несчастных отцов пальнул первым, решив, что лучше всех знает, как быть? Случайный ли выстрел (просто по неосторожности) дал старт катастрофическому развитию событий? Или провокатор, которому нужен был взрыв, чтобы ценой смерти детей доказать всему миру, что с Басаевым и Масхадовым говорить невозможно [24] ?

У нас война, а у вас военного опыта нет, вот беда. Вас в КГБ не учили освобождать заложников. Учили вербовать, учили следить, а не стрелять.

В ноябре 2001-го вы дали интервью американской телекомпании Эй-би-си. Ведущая Барбара Уолтерс спросила, приходилось ли вам отдавать приказ об убийстве кого-либо. Вы ответили отрицательно. И пояснили, что ваша работа «носила интеллектуальный характер – сбор информации, прежде всего политической».

В том-то и дело, что вы – аналитик; вам всегда нужно время: собрать информацию, изучить, сопоставить. Мгновенно принимать решения вы не умеете, и, похоже, никто из ваших тоже.

А есть люди, которые лучше всех в мире умеют освобождать заложников.

В Израиле я встретился с двумя очень опытными и очень уважаемыми специалистами по уничтожению террористов и освобождению заложников.

Асаф ХЕЙФЕЦ, 1945 г.р., 36 лет службы в армии, генерал майор (высший чин в Израиле; только начальник генерального штаба получает звание генерал-лейтенанта), 13 лет – в десанте; с 1994-го по 1998-й – генеральный директор полиции Израиля (министр внутренних дел в Израиле – должность политическая, он меняется со сменой правительства. Профессиональное руководство МВД – в руках генерального директора), создатель и глава спецподразделения по чрезвычайным ситуациям и спасению заложников.

Командовал операцией по освобождению «автобуса матерей» в 1988-м. Тогда террористами был захвачен автобус с женщинами и детьми, который шел в сторону атомного реактора.

Хейфец подобрал группу спецназа, сам спланировал операцию. В 7 утра террористы захватили автобус. В 7.30 он был перехвачен и остановлен. В 9 начались переговоры с уполномоченным от правительства. В 11 – штурм.

ХЕЙФЕЦ. Переговоры, как всегда, вела группа профессионалов. Они постоянно в полной готовности. Время до начала переговоров – это только время доставки переговорщиков на место. Самое опасное здесь – мошенничество.

– Что вы имеете в виду?

ХЕЙФЕЦ. Нельзя обманывать. Надо завоевать доверие террористов, чтобы ситуация не сползала, не деградировала, чтобы они хорошо обращались с заложниками, отпустили детей и женщин.

– Какое доверие? Разве они не понимают, что вы тянете время и готовите штурм?

ХЕЙФЕЦ. Каждая сторона рассчитывает на успех. И террористы всякий раз надеются, что окажутся хитрее и сильнее. Первая задача переговоров – понять ситуацию и выиграть время. Для успешного продвижения таких переговоров надо, чтобы террористы видели, что другая сторона: