– Верно, сэр, поэтому, я полагаю, нужно вмешаться, пока еще не поздно, – согласился Флипс. – Кто знает, как далеко готовы зайти русские в сотрудничестве с Ираном? Тегеран располагает тремя русскими неатомными подлодками, и очень хочет вооружить их новейшими русскими торпедами и крылатыми ракетами для ударов по кораблям. В сочетании с тяжелыми истребителями, способными, вероятно, нести и ядерное оружие, это создает опасность для наших армейских соединений и находящихся в этом районе кораблей. Сейчас нам нужна стабильность в регионе, а поставки оружия из России этому как раз не способствуют.

– Возможно, мне стоит созвать Совет национальной безопасности, – предложил Мердок. – Кое-кого сейчас нет в Вашингтоне, но все же мы сможем обсудить сложившуюся ситуацию и принять правильное решение. Нужно все обсудить, выслушать мнение специалистов.

– Не уверен, что это необходимо, – возразил Флипс. В Совет национальной безопасности входили главы разведывательных ведомств и военные, а со всеми ими госсекретарю не удалось бы справиться. Сейчас же Флипсу требовалось один на один с президентом склонить того на свою сторону.

Мердок, это было ясно всякому, кто хоть изредка думал, заигрался в "холодную войну", действуя так, словно в мире больше не осталось достойных противников для Соединенных Штатов, и такая самоуверенность, подпитываемая военными и разведчиками, могла дорого обойтись всей стране. Энтони Флипс всю свою сознательную жизнь считал себя патриотом, и то, что он задумал сейчас, он полагал благом для своей страны, вот только к его голосу все реже и реже прислушивался президент, а именно за ним всегда оставалось последнее слово.

– Сэр, – глава Госдепартамента решил, что пришло время начать атаку в полную силу: – Обсуждения едва ли приведут нас к чему-то полезному, но наверняка займут немало времени. Заявления из Тегерана об удачной сделке с русскими и намеки на то, что это далеко не последняя и не самая крупная сделка, уже вызвали нездоровое оживление на нефтяных биржах. Мысль о том, что вскоре у иранцев появится средство запереть для судоходства Персидский залив, заставляет многих импортеров нефти приобретать ее в больших, чем обычно, количествах, и цены из-за этого уже поползли вверх. До шока семьдесят четвертого года конечно далеко, но наши эксперты считают ситуацию весьма опасной. Поэтому без лишнего шума и без промедлений нужно принять кое-какие контрмеры, чтобы вернуться к исходному положению. И здесь не нужны долгие дебаты, которые завершатся, скорее всего, безрезультатно. Нужно просто действовать быстро и четко, и мы сможем избежать усиления напряженности вокруг Ирана, роста цен на нефть, а значит, и роста наших расходов, связанных с ее закупкой.

– Полагаю, у тебя есть конкретные предложения, Энтони? – президент Мердок вопросительно взглянул на госсекретаря. – Ведь о планах Москвы насчет поставок оружия в Иран было известно давно, и твои аналитики наверняка уже просчитали, чем это грозит нашей экономике и нашему престижу.

– Да, господин президент, – кивнул Флипс. – Кое-какие наметки есть. Нам известно, что кроме самолетов иранцы очень хотят получить русские зенитные комплексы SA-10, а также наладить в своей стране производство современных танков Т-90С, и Москва, похоже, готова продать им лицензию в обмен на возможность добывать иранскую нефть и напрямую продавать ее японцам и европейцам, тем самым сохраняя свои собственные месторождения нетронутыми. Но, кроме того, что в результате этого Иран сможет оснастить свою армию и авиацию самым современным оружием, какое только доступно на мировом рынке, усилится зависимость наших европейских союзников от поставок русских энергоносителей, а это намного опаснее, чем модернизация иранских вооруженных сил. Поэтому я считаю, что нужно потребовать от русского президента пересмотреть свои планы насчет сотрудничества с Ираном, заставить его ограничить поставки оружия, особенно наступательных вооружений. Ради продажи пары десятков ракетных комплексов никто не будет строить в тысячах километров от своих границ современные нефтеперерабатывающие заводы, и создавать всю необходимую инфраструктуру, и, следовательно, идея русских насчет аренды нефтяных месторождения провалится. Нам известно, что многие в Тегеране далеки от восторга из-за появления русских нефтяников на их земле, и предпочитают расплачиваться валютой за российское оружие. Если объемы поставок техники в Иран сократятся, если удастся помешать продаже русскими лицензий на выпуск различной военной техники, то и в Москве предпочтут быстрее получить доллары, а не возиться с разработкой нефтяных скважин.

– Заставить Швецова? – Мердок удивленно-насмешливо вскинул брови: – Если то, что мне известно об этом человеке, правда, то он запросто пошлет нас всех, куда подальше с нашими требованиями. Это не тот человек, чтобы его легко можно было заставить что-то сделать против его собственной воли.

– Да, сэр, – согласился Флипс. – Конечно. Возможно, я не так выразился, господин президент. Принудить русского президента к чему-либо и впрямь очень непросто, если не невозможно, но ведь всегда можно договориться. Алексей Швецов – здравомыслящий человек, и если предложить ему взаимовыгодную сделку, он не сможет отказать нам. Я предлагаю пойти на соглашение с Москвой, сделать кое-какие уступки по важным для русских вопросам, а взамен попросить их сбавить, так сказать, обороты в сотрудничестве с Ираном.

– О каких именно уступках идет речь, Энтони?

– Это касается нашей активности в Грузии, – пояснил глава Госдепа, догадываясь, что его идеи не очень понравятся Мердоку, ведь президент и был автором замысла, согласно которому американские дивизии оседлали Кавказский хребет. Он до сих пор не скрывал своей неприязни к самому Флипсу, решившемуся спорить с президентом, тогда как большинство членов Совета национальной безопасности все же согласились с мнением главы государства. Но отступать было некуда. – Я считаю, что нам нужно пообещать в обмен на приостановку сотрудничества с Ираном и пересмотр дальнейших планов Москвы в этом направлении вывести из Грузии свои войска. Присутствие нашего контингента на Кавказе сильно беспокоит русских, и наше предложение, если вы, сэр, разумеется, дадите мне добро, будет очень кстати.

– Вывести войска? – Мердок, опершись кулаками на подлокотник, чуть привстал в кресле, придвинувшись к усевшемуся напротив госсекретарю. – События на российско-грузинской границе дали нам редкий шанс вмешаться в происходящее в этом регионе, который русские всегда считали сферой своих интересов. Президент суверенного государства сам пригласил наши войска на свою землю, и вы хотите, чтобы я отказался от такой возможности, Флипс? Имея базы в Грузии, мы можем контролировать стратегически важные пути поставки энергоносителей из Средней Азии. Более того, мы можем, при необходимости, использовать Грузию как плацдарм для нанесения ударов по Ирану, если до этого дойдет дело, а из ваших же слов, Энтони, следует, что вероятность силового решения иранского вопроса растет буквально с каждым днем. И вот теперь вы предлагаете мне отдать приказ и вывести оттуда наши подразделения! Я не откажусь от возможности подобраться поближе к русским границам, и пусть они исходят желчью при мысли об этом, но я не отступлю.