Мила. Оля знает, что Белугин от неё без ума, но, тем не менее, идёт к нему просить денег. И понимать тут совершенно нечего.

Алексей(прикрыв глаза, запрокидывает голову). У-у-у!!!

Мила. Не страдайте. Существует по крайней мере два обстоятельства, которые могут им сильно помешать.

Алексей(отнимает руку). Какие?

Мила. Ну, первое — это то, что Белугин, как все богатые мужчины, до неприличия скуп. Хотя, не скрою: ради того, чтобы покрасоваться перед желанной женщиной, он может кое-чем пожертвовать…

Алексей. А второе?

Мила. Со временем узнаете и второе. Может быть.

Чокаются, выпивают.

Алексей. Погодите!.. Мы не должны были чокаться!

Мила. Вот ещё глупости. Официальная часть закончена. (Включает музыку, гасит свет, оставляет мягкую «интимную» подсветку.) Вы тоже можете снять пиджак… (Стаскивает с плеч Алексея пиджак.)

Алексей. Зачем? Не надо…

Мила. И даже ослабить галстук… (Стаскивает галстук и расстёгивает ему пуговицы рубашки.)

Алексей. Что вы делаете…

Мила. Я хочу, чтобы вы меня… чтобы вы меня утешали. Вы не посмеете отказать женщине в такой малости… Ну же… ну…

Затемнение.

Квартира Белугина.

Хозяин лежит на диване с компрессом на лице. Ольга хлопочет возле него.

Ольга. Борис Андреевич! Ну зачем, зачем вы полезли в эту драку!

Белугин(в нос). Честь дамы, дорогая Оленька… Прежде всего честь дамы…

Ольга. А сколько было крови! Милиционер подумал, что вас зарезали!

Белугин. В такси… я там обивку запачкал… Вы заплатили?

Ольга. Заплатила. Только он больше требовал, а у меня нет.

Белугин. Господи, господи… Как же ещё необеспеченно живёт наш народ! Наши врачи, учителя… Оленька, ведь вы учитель?

Ольга. Я учительница.

Белугин. Конечно, разумеется… Знаете, у меня слабый нос, ещё с детства. Мне сделали подножку, и я ударился о парту. Сделали подло, исподтишка. Но я — не ропщу, как видите. И не виню своих учителей, своих жестоких товарищей… С тех пор у меня слабый нос.

Ольга(подносит новый компресс). Да-да, я уже в курсе…

Белугин. Но ведь сила у мужчины не в этом?

Ольга переменяет компресс, Белугина ахает.

Ольга. Я полагаю, что сила у мужчины совершенно в другом месте.

Белугин(поднимает голову). Правда? Вы тоже так думаете? А в каком, в каком?

Ольга. Где-то приблизительно вот здесь (указывает на свою голову) и вот здесь (указывает на своё сердце).

Белугин. Но вы показали два. А, может быть, их ещё больше?

Ольга. Знаете, у вас кровь больше не течёт. И лёд уже весь растаял…

Снимает с лица Белугина компресс, даёт ему полотенце.

Белугин осторожно садится, вытирает лицо. У него из носа торчит вата.

Белугин. Оленька, дорогая… даже не представляю, что бы я без вас делал.

Ольга. Ну, если бы не я, вы бы вообще не получили по физиономии.

Белугин(шутит). Нет-нет, я бы всё равно вступился бы за какую-нибудь другую женщину. Я такой неисправимый романтик… и дон-кихот…

Ольга(устало). Ладно, дайте чего-нибудь выпить.

Белугин. Да-да, конечно…

Торопливо достаёт бутылку коньяка, фужеры. Открывает коробку конфет.

Гасит свет и зажигает свечи. Наполняет фужеры.

Там, на кухне, возьмите закусить. Икра, сыр, фрукты…

Ольга(выпивает залпом). Не надо. Дайте деньги, и я пойду.

Белугин. Вы куда-нибудь торопитесь?