За прошедшие двое суток я уже так свыклась с образом маленького пушистого зверька (летучий мыш выглядели как мягкая плюшевая игрушка и совершенно не воспринимался в качестве здорового парня), что вид приближающегося Дакка вызвал небольшой кратковременный шок. А уж слова его по поводу моей площадной ругани вызвали нездоровый румянец на моих щеках. Хорошо еще, что сейчас темно и не так заметен оттенок моей кожи. А все-таки он хорош собой, зараза. Правда, для меня (после того как я узнала, сколько ему лет по человеческим меркам) он интереса совершенно не представлял. Разве что в качестве соседского пацана, за которым я должна присматривать, так как я и старше и умнее и вообще – лучше!

– Слушай, Дакк, я, между прочим, в совы не нанималась. Я ни черта не вижу в темноте и если упаду и сверну себе шею, то твоя мамаша тебе этого никогда не простит. Ты обещал мне помогать, холить и лелеять, а вместо этого скачешь впереди, как горный козел по буеракам, а я, бедная и несчастная, еле ковыляю за тобой.

– Но как же так, Лика? Когда я на тебя напал в лесу, у меня создалось впечатление, что ты видишь все также хорошо, как и я, если не лучше?

– Понимаешь, Дакк, на меня столько всего свалилось, что я еще и сама толком не понимаю, что со мной происходит и как это работает. А самое главное, как при необходимости можно вызвать нужные способности. Вот иду и щурюсь до рези в глазах, а как не видела ни черта, так и не вижу. Разве что глаза слезиться начали.

– Да-а? Ну ладно, не переживай. Научилась же ты видеть силовые линии и даже на зависть всем манипулировать ими, думаю, что и со всем остальным разберешься.

Дальше мы шли без приключений. Вернее, шел Дакк, а я, вцепившись мертвой хваткой, практически висела на нем. Внезапно мне пришел на ум вопрос:

– Дакк, а почему крестьяне так испугались в деревне в первый день, когда тебя увидели в образе летучей мыши, а дочка трактирщика, наоборот, хотела погладить? Вроде бы ты был совсем не страшный.

– Понимаешь, Лика, когда мы трансформируемся в летучих мышей, наш облик несколько иной, чем тот, который видела ты. Обычно я полностью похож на нормальную летучую мышь, может быть, немного большего размера, а не на то недоразумение, в которое в этот раз превратился. Скажи мне честно, когда я оборачивался, ты о чем думала?

– Ну-у, о том, кажется, как бы сделать тебя более незаметным, чтоб избежать косых взглядов деревенских жителей. Ну и чтоб никто не почувствовал от тебя скрытой угрозы, связанной с вампирами. Проблемы нам не нужны, верно?

– Теперь все становится понятным. Это твое подспудное желание так повлияло на процесс трансформации, что я стал выглядеть как самое настоящее путало. А вот когда тебя рядом не было, мне без проблем удалось принять свой обычный вид, вот крестьяне и испугались. Я хочу тебя попросить об одной услуге. Не говори, пожалуйста, никому о том, в каком облике я тебя сопровождал, а то меня засмеют. Я стану посмешищем для всего клана.

– Дакк, а ты можешь еще в кого-нибудь или во что-нибудь превращаться, ну, например, в туман?

– Обычно расширенные возможности превращения или боевой трансформации мы приобретаем после перехода на следующие ступени развития. Однако после твоих манипуляций на поляне с моей энергетической оболочкой я раньше положенного времени перескочил на следующую ступень и теперь могу превращаться в туман, во все виды ночных мышей и некоторые виды сов, только очень небольшого размера. Но рядом с тобой мой трансформируемый облик вообще становится непредсказуемым.

– Слушай, а что такое боевая трансформация?

– Частичную боевую трансформацию ты уже видела при нашей первой встрече на поляне в лесу. До полной ступени я еще не дорос. Полностью сформировавшийся вампир в боевой трансформации становится практически непобедимым. Его движения невозможно заметить простым человеческим глазом, клыки и когти приобретают! особую остроту и твердость и могут вспороть полный доспех рыцаря в несколько секунд. Его практически невозможно убить, так как любая рана моментально затягивается, и даже отрубленная конечность вырастает за несколько минут. Но подобное совершенство дано лишь единицам из нас. Многие так никогда и не перешагивают эту ступень. Обычно такой вампир и становится главой клана. Он высший – глэсс.

Ничего себе боевая машина!

– А как же тогда его можно уничтожить?

– Ну даже не знаю… Может быть, если сжечь на костре или разрубить на сотню маленьких кусочков. Только сомневаюсь, что глэсс будет стоять и ждать, когда его мелко нашинкуют. А зачем тебе это надо?

– Да так, просто интересно. Не думаешь же ты, что я собираюсь открыть сезон охоты на высших вампиров? Мне это и в страшном сне не привидится!

– Лика, мы пришли! Ты извини меня, я должен отойти. При нашем разговоре я не имею права присутствовать. Но не переживай. Я неподалеку, и стоит тебе только меня позвать, как через секунду я буду рядом с тобой.