– Тихо, ребята, – через силу произнес я, – Сейчас с мертвым телом говорить будем…

Прикрыв глаза, чтобы меня не отвлекал дневной свет, я сосредоточил все свое внимание на жезле, словно бы слившись с ним, сделав его как бы продолжением своей руки. И немедленно почувствовал, что его надо опустить пониже. Едва только жезл остановился в нескольких миллиметрах от узкого лба удавленника, голосок, по-прежнему канючивший свое «…страшно …», стал гораздо слышнее, наполнился живой силой. И тут я подумал про себя:

– Ты кто?..

Голосок мгновенно умолк. Наступила такая тишина, что я поневоле решил, что все ранее мной слышимое, было просто галлюцинацией. Однако, в следующее мгновение голосок в моей голове снова ожил:

– Дяденька, ты меня слышишь?!

В нем была такая неподдельная радость, что я даже слегка растерялся:

– По всей видимости, слышу, хотя и не совсем понимаю, кто ты такой?..

– Я – Игорек Свешников из Зырянки из-под Томска…

– Как же ты, Игорек, в мертвом теле оказался?- Эта мысль-вопрос мелькнула у меня в голове совершенно непроизвольно. Но голосок ответил:

– Меня… меня учитель наказал…

– Какой учитель?.. Как ты сюда попал?.. Сколько тебе лет?..- посыпались из моей головы вопросы. Видимо, этот неведомый и невидимый мне Игорек был настолько напуган своим одиночеством и окружавшим его безмолвием, что он готов был рассказать мне все, что угодно, лишь бы я продолжал с ним беседовать. Так что все мои вопросы получили мгновенные ответы:

– Мой учитель, он очень строгий!.. Мне девять лет и я… я сбежал… Ну, мы с ребятами пошли в тайгу за орехами, и тут меня Учитель позвал к себе. Правда, тогда я еще не знал, что он – Учитель. Но он так здорово рассказывал, какая у меня будет интересная жизнь, что я сбежал… Потом оказалось, что сначала надо учиться… А потом мы перешли к другому Учителю, он строгий. Вот он меня и наказал… Только это тело не мертвое… Оно просто… из другого места. В том месте откуда оно, оно живое, а здесь оно… не живет, но и не умирает… Я должен был… быть в нем…

Голосок замолчал, явно что-то недоговаривая, потому я поинтересовался:

– Ты что-то должен был сделать? Что?..

– Я не могу сказать…

Внезапно мне показалось, что сейчас голосок сорвется в истерику, но он чуть помолчав, выправился и, всхлипнув, добавил:

– Учитель сказал, что я никому не должен говорить о том, что мне поручено… Иначе… меня совсем не станет…

– Хорошо, но как ты… твое тело оказалось на этом дереве, ты можешь рассказать?

– Я шел… по своим делам… в город, тут, недалеко… А день назад на меня напали… бандиты… Вообще-то, с этим телом здесь никто ничего сделать не может, оно же не живое, только эти… бандиты… связали меня какой-то страшной веревкой. В этой веревке непонятная мне страшная сила… А потом они меня повесили на этой веревке высоко-высоко. Они еще говорили, что на солнце мое тело скоро высохнет и рассыплется… Не знаю, почему они так решили…

– Так ты можешь сейчас управлять своим телом?

– Нет, веревка мешает…

Я тряхнул головой и открыл глаза. На горле моего говорливого удавленника, все еще оставалась петля с коротким косо срезанным концом. Я снова прикрыл глаза и подумал:

– Если я сниму веревку, ты сможешь снова управлять этим телом?

Голосок помолчал, а потом неуверенно ответил:

– Я не знаю… Но, наверное, смогу… Только я тогда от вас уйду…

– Вот как?.. – задумчиво произнес я вслух.

– Как? – немедленно поинтересовался Фродо.

Я устало опустился на траву рядом с неподвижным телом «из другого места» и предложил:

– Присаживайтесь-ка, ребята, сейчас будем совет держать. Ребята без вопросов уселись рядышком со мной, после чего я в подробностях пересказал свой разговор с Игорьком Свешниковым, поселенным в этом необычном удавленнике. Они слушали меня очень внимательно, и когда я задал прямой вопрос: – Что теперь делать будем? – ответили далеко не сразу.

– А нельзя этого мальчишку назад отправить?.. – раздался наконец неуверенный голосок Эльнорды, – В смысле, назад в его тело?..