Ниав побелела. Это был удар. Я безуспешно искала подходящие слова для ответа.

— Ты очень соскучилась по Эамону, — это, по крайней мере, было правдой.

— Конечно, — смущенно улыбнулась Эйслинг. — Должна признаться, без него было трудновато. Люди у нас, конечно, знающие и надежные, но у брата очень специфический подход к некоторым вещам, так что мне приходилось пристально за всем следить. Кроме того, я очень беспокоюсь за брата. За несколько дней до отъезда он был… несколько не в себе. Надеюсь, поездка улучшила его настроение.

На это я не нашлась, что ответить, и промолчала. Зато слова Ниав прозвучали, словно топот беззаботного гуляки по тропе, полной капканов:

— Четыре дня! Не может быть! Этого слишком мало! Четырех дней не хватит, чтобы…

— Не волнуйся, Ниав, — прервала я сестру, хмуро глядя в ее выразительные голубые глаза, где ясно читались горе и обвинение в предательстве. — Все будет в порядке. — Я повернулась к Эйслинг. — Ниав плохо себя чувствует. Думаю, нам лучше пораньше лечь спать. Ей нужно отдохнуть.

Маленькое, веснушчатое лицо Эйслинг выглядело озабоченным. Она внимательно всмотрелась в Ниав, взвешивая слова сестры и ее вид.

— Ты должна рассказать мне, Лиадан, — осторожно произнесла она. — Если что-то не так, я должна об этом знать. Может быть, мне удастся как-то помочь. Эамон точно захочет оказать помощь.

В последнем я сильно сомневалась.

— Спасибо Эйслинг. Тебе не о чем волноваться.

Четыре дня. Богиня, помоги мне, только четыре дня. Ночь я провела без сна, сравнивая равно невозможные планы побега, ни один из которых мне не нравился. Как только небо начало сереть, я вскочила, радуясь, что снова на ногах, обула тяжелые ботинки и теплое платье с плотным плащом. Мне не терпелось выйти на улицу, прочь от каменных стен, которые, казалось, поймали меня и мою проблему. Неразрешимая головоломка в неоткрываемой коробке.

Еще до рассвета я выскользнула через потайную дверь, вниз по спиральной лестнице и наружу на склон над болотом. Здесь я и стояла, глядя на север. Желудок у меня крутило от переживаний, сердце ныло от беспокойства, и я готова была заплакать от ужаса при мысли о том, что мне все же придется попытаться сделать. Похоже, что единственная возможность — взять руку сестры в свою и ступить в трясину, уповая на одну только веру.

Чья-то рука плотно зажала мне рот, другая сжала грудь. Голос за моей спиной очень тихо произнес:

— Это просто предупреждение, чтобы ты не шумела. Стража наверху не может нас видеть, но может услышать. Веди себя тихо. Хорошо?

Рука с груди исчезла. Тонко разрисованная ладонь с моего рта тоже. Мне не надо было смотреть на них, чтобы определить, кто говорит. Крашеный подтвердил свою славу, пробравшись сквозь защиту Шии Ду легко, словно тень.

— Что, на этот раз по голове бить не будут? — не оборачиваясь, шепотом спросила я. Сердце, как безумное, билось в моей груди.

— Сядь. — Слова, пусть и сказанные вполголоса, звучали как приказ. — Мы в слепом пятне, но оно не бесконечно. Незачем выходить за него и привлекать внимание.

Я села, и Бран переместился так, чтобы я могла его видеть, усевшись на камни в трех шагах от меня. На нем была старенькая туника и штаны непонятного оттенка. Подошвы его мягких сапог покрывала черная грязь. Лицо бледное, глаза смотрят очень серьезно. Он был прекрасен. Бран молча разглядывал меня, а я смотрела на него в ответ и чувствовала, что краснею. Он слегка нахмурился.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я, в голове у меня кружились тысячи возможных ответов.

Он долго не отвечал, а когда, наконец, заговорил, слова звучали осторожно.

— Странно, — сказал он. — Я был уверен, что у меня готов ответ на все, что ты можешь мне сказать. Но все слова куда-то улетучились, теперь, когда ты сидишь рядом.

— Тебе опасно находиться здесь одному, без оружия, — дрожащим голосом произнесла я. Он смотрел на меня с выражением, которого я не надеялась больше увидеть. — Зачем ты пришел? За твою голову здесь назначена награда, и ты это знаешь.

— Тебя это беспокоит? — в его голосе звучало искреннее удивление.

— Ты решил изменить наши отношения, не я. — Я крепко сцепила руки, чтобы не поддаться желанию протянуть их к нему. — Если ты считаешь, что мне наплевать на твою безопасность, значит, ты не слишком-то хорошо меня знаешь. А теперь ответь на мой вопрос.

— Я случайно проходил мимо и подумал, что ты, возможно, в беде.

— Не думаю, что это правда. Откуда ты узнал, что я здесь? Кстати, сдается мне, случай не играет большой роли ни в твоей жизни, ни в жизни твоих людей.

Бран помрачнел.